Рецензия на книгу
Путешествие в Сиам
Анна Леонуэнс
lukupaivakirja27 октября 2025 г.Шарлотта Бронте vs. Луиза Мэй Олкотт
Что бы случилось, если бы Джейн Эйр попала на службу не к мистеру Рочестеру, а к какому-нибудь восточному королю?
В 1862-м году Анна Леонуэнс искала средства к существованию. И вот благодаря начальнику покойного мужа ей улыбнулась удача: она получила приглашение к сиамскому двору — преподавать английский жёнам и детям короля Монгкута.
Для защиты от европейцев король Монгкут занялся западными науками и провёл при дворе и в стране ряд реформ. Приглашение учительницы английского было частью этого проекта. Анна прожила в Бангкоке пять лет, во время которых преподавала, а потом ещё в качестве секретаря помогала королю вести дипломатическую переписку. К концу этого срока их отношения почему-то испортились, и дальше она уехала в США — строить карьеру писательницы и публичного спикера.
Себя Анна презентовала как благородную английскую даму. Её образ в книге выстроен соответствующе: она не терпела неуважения, умела за себя постоять и обладала безупречным моральным чутьём. Настолько безупречным, что благодаря её вмешательству миловали придворных женщин, а благодаря её воспитанию принц Чулалонгкорн, взойдя на престол, отменил в Сиаме рабство. Первое могло быть правдой (и в значительной степени правдой оказалось), по поводу второго есть большие сомнения.
Когда я читала «Путешествие в Сиам», то постоянно чувствовала, что передо мной не столько мемуары, сколько художественное произведение. Экзальтированное, драматичное и пышное. Где что ни персонаж, то клише из англо-американской литературы 19-го века. Вот комичный слуга; вот ангелоподобная девочка, которая умирает совсем юной и разрывает героине сердце; вот проблемный ребёнок, которого исправляет доброта учительницы. Вот образцовая гувернантка. Вот восточный деспот. В качестве бонуса — куча нестыковок, подчёркнуто экзотизированных сцен, огульных обобщений и похвал, больше похожих на унижение.
Я захотела разобраться, насколько «Путешествие в Сиам» близко к действительности, и ещё прочитала биографию «Masked: The Life of Anna Leonowens, Schoolmistress at the Court of Siam» Альфреда Хабеггера.
Оказалось, что Анна была смешанного англо-индийского происхождения, которое сильно ограничивало жизненные перспективы всей её семьи и которое она тщательно скрывала. Что в Англии до службы в Сиаме она ни разу не была. Что комичного слуги не существовало. Что не существовало и поездки в Камбоджу: вся глава про Ангкор-Ват — смесь плагиата и ориенталистских фантазий. Что Анна часто путала факты или перетасовывала их намеренно. Что она выдавала чужие истории и слухи за увиденное собственными глазами. Что её книгу критиковали за плагиат и вымысел уже при её жизни. Что король поддерживал её заступничество за гаремных женщин, по крайней мере изначально. Сохранилось письмо, в котором он озвучил свою поддержку прямо; Анна включила это письмо в книгу, но соответствующие строки опустила, чтобы не нарушать антагонизма между своим благородством и королевским варварством.
Раз уж на то пошло, она больше напоминает Джин Мюир из «Под маской» Луизы Мэй Олкотт, чем Джейн Эйр.
«Путешествие в Сиам» подавалось как собрание инсайдерских свидетельств. Проблема в том, что быть таким собранием оно действительно могло: при дворе Анна и правда занимала уникальную позицию. Уже сама эта возможность создавала ей авторитет, с которым в итоге не справилась никакая критика.
После Второй мировой её фигура обрела в США новую жизнь: благодаря роману Маргарет Лэндон «Анна и король Сиама», двум его экранизациям и мюзиклу «Король и я» Анна Леонуэнс стала символом триумфа западной демократии над восточной тиранией. Если учесть, что выход этих произведений совпал по времени с попытками США ввести Юго-Восточную Азию в сферу своего влияния, а Анна под конец жизни окрестила колониальную политику «rob and steal system», то финал её истории выглядит печально.765