Рецензия на книгу

• 

  bezkonechno

  21 сентября 2015 г.

  Исчезнувшие, унесенные ветром... Целый мир!

  Закат солнца, буяние весны, ясно-зеленые растения не были для нее каким-то чудом. Красоту природы она воспринимала как нечто само собой разумеещееся — как воздух, которым дышала, или воду, которую пила — ее трогала только такая красота, которую воплощали конкретные вещи — женские лица, лошади, шелковые платья. И все-таки погожие сумерки над полями Тары дарили определенное успокоение ее смущенной душе. Она - хоть и не осознавала - очень любила эту землю, так же, как любила лицо матери, склонившееся в молитве при свете вечерней лампы.

  Удивительно, как меняется восприятие произведения при третьем перечтении. Никогда раньше произведение не казалось мне глубже и шире, будто читаю новые страницы! Даже название - «Унесенные ветром» - стало абстрактным, до этого я воспринимала его как характеристику пары Рэт Батлер и Скарлетт О'Хара. Но нет, совсем нет. Унесенные ветром - это Юг, это Тара, это каждый человек, кто боролся и воевал, это каждый человек, который уже тогда плыл против течения общих правил. Это все: кто был приспособлен к традициям воспитания и кто насмехался над наивностью южан - исчезнувшие, унесенные ветром... Целый мир!

  Дальше...

  
  Но ни скромно расправленые юбки, ни собранные узелком волосы под сеткой, ни скромно сложенные на коленях ручки не могли скрыть истинную натуру девушки. Живость и своевольность, жажда жизни, которыми искрились эти зеленые глаза на привлекательном лице, явно противоречили ее внешней сдержанности.

  Лучше всего предвоенное дыхание ветров, которые несомненно принесут перемены, ощущается на примере Скарлетт О'Хары. Это девушка, вокруг которой до сих пор вращался мир и все здешние поклонники. Слишком ограничена, необразованная и надменная, она играет своей внешностью и вложенными Элен и Мамушкой манерами, которые применяются исключительно с определенной целью и женским искусством кокетничать. Если уж Скарлетт задумала добиться чьего бы то ни было внимания — так и получалось. В этот раз, накануне тяжелых военных событий, впервые все пойдет совсем не так, как предполагала легкомысленная девушка. Любовь к Эшли оказалась не такой оправданной и самонадеянной, как ожидалось.
  

  
  Потому, что Эшли был из тех, кто досуг посвящает размышлениям, а не поступкам, из тех, кто лелеет сказочные мечты, оторванные от действительности. Он находился в каком-то своем внутреннем мире, который был прекраснее, чем Джорджия. А если и возвращался к окружающей реальности, то лишь нехотя. Он смотрел на людей, не чувствуя к ним ни симпатии, ни отвращения. Он смотрел на жизнь не принимая близко к сердцу ни ее печалей, ни радостей.

  Начитанный, живущий в мире книг и повидавший европейские города, Эшли был реалистом чувств и будущего быта, понимая, как сложно жить вместе двум таким разным людям. Он понимал, что любовь в конечном итоге — не только чувства, а еще и досуг, разговоры и ожидания, которые обречены на провал. Эшли со свободной и своенравной Скарлетт слишком отличаются. Но девушке было невдомек, где же те разности, что мешают влюбленным сбежать и пожениться? Философия брака от Эшли была для нее далекой и нереальной, Скарлетт, как всегда, не хотелось думать про обстоятельства, когда она сама не видит ни одной преграды! Первая любовь становится целью капризной и целеустремленной девушки, а ведь она и не подозревала, что столкнется с преградами; может, Эшли комфортнее будет с наивной и доброй Мелли и что этой парочке правда интересно чинно рассуждать о литературе и музыке… Не может быть! Уж она-то знает, что на самом деле думают мужчины о таких тихонях, как будущая миссис Уилкс! Скарлетт даже подумать не могла, что мир выходит очень далеко за рамки Тары и что не все люди размышляют одинаково. Ей ни к чему было забивать себе голову философской чепухой, слушать скучные рассуждения отца о тяге ирландцев к своей земле, еще более невыносимыми для девушки были постоянные разговоры о приближающейся войне. У Скарлетт была одна-единственная цель — во что бы то ни стало добиться любимого! Об остальном можно подумать завтра...

  «Унесенные ветром» — произведение человеческой эволюции, перемен воимя обстоятельств. Предвоенное и военное время, затронутые в первом томе, — слишком серьезные обстоятельства, чтобы не изменить людей, каждого человека. Изначально южане восприняли новость о войне, как способ проявить собственный героизм,смелость и мужество — они все несомненно вернутся живыми и здоровыми, перебив глупых янки за несколько недель! Рассуждения о приближающейся войне напоминали ожидание праздника, и лишь отдельные личности, такие как Эшли Уилкс и вездесущий Ретт Батлер, смотрели на события куда реальнее остальных горожан. Внутри понимающих мужчин часто бушевал ураган противоречий между ощущением бессмысленности любых бунтов и долгом перед родиной, ведь мужчина должен воевать за свою землю. А уж как предостерегали наполненную героизмом молодежь старики, прошедшие войны, что, вопреки ожиданиям, оказались отнюдь не праздничным весельем!
  

  
  «Послушайте меня, вы, молодые сорванцы! Не надо вам этого побоища. Я сражался на войне, я знаю. Я участвовал в семинольской войне, и был настолько глуп, что поперся и на мексиканскую. Вы совсем не знаете, что такое война. Вам кажется, что вы покатаетесь на хороших лошадях, девушки набросают вам цветов, и вы вернетесь домой героями. Как бы не так! Нет, господа. Война - это ходить голодным, болеть скарлатиной и воспалением легких от сна в грязи. Если не скарлатина и воспаление, то понос. Вот так, господа.»

  Тем не менее война, если приходит, — не спрашивает разрешения ни у тех, кто ожидает бойни, ни у других — кто презирает ее. Воюют все, у кого есть честь, независимо от личных мнений Война не спрашивает разрешения и у семей, которым предстоит самое тяжелое ожидание, которое может обернуться потерями и катастрофой. Не спрашивают разрешения и перемены — они происходят сами собой. В один момент ты понимаешь, что изменился и что размеренная жизнь в ожидании балов, приемов и музыки тебе не светит. Нужно приспосабливаться или остаться чужаком в таком новом мире, где мамины уроки светских манер — больше не то, что пригодится по жизни.
  

  
  

  «Пожалуй, именно это и называется патриотизмом, - любовь к родному дому и своему краю. Но есть, Мелани, и что-то глубже. Все, что я вспомнил, - только символы того, за что я готов отдать голову на отсечение. Мелани, символы дорогого мне образа жизни. Я воюю за прошлое, за то прошлое, которое очень дорого мне, но которое, боюсь, отошло уже навсегда, независимо от того, как закончится война Проиграем мы или выиграем,а поражение наше неизбежно.»
  […]
  «Я не боюсь ни опасности, ни плена или ранения или даже смерти, если уж так мне выпадет, но боюсь, что когда война кончится, прошлое все равно не вернется. А я отношусь к этому прошлому. Мне не место в настоящей жизни, где царит страсть убивать.»

  Из письма Эшли домой

  
  

  В книге есть еще один колоритный мужской персонаж, появившийся практически параллельно Эшли — Ретт Баттлер. Ретт Батлер — пример для Скарлетт, она сама хотела бы быть таким, как этот мужчина. Саркастичный реалист, которому всё равно, что о нем думают. Пройдя через общественное изгнание, Батлер обрел свободу говорить правду, не лицемерить. Если он считал, что Юг обречен на провал, то он считал так не зря и говорил об этом без обиняков, не боясь задеть чувства патриотов. Если Ретт зарабатывал на войне, то делал это, не особо скрываясь и вместе с тем помогая южанам в неравной борьбе. Кто-то же всё равно заработает на этой войне, почему бы не Ретт, об аморальности которого ходят легенды?.. Чесность и правда, которую не каждый осмелится не то, чтобы озвучить, даже просто внутренне осознать — основные привлекательные качества зрелого мужчины. Ретт Батлер выше, чем мир условностей, которым так подвержены южане. Ему уже нечего терять.
  

  
  -Вы просто мерзавец.
  

  • Думаете, я обижусь на ваши слова? К сожалению, должен вас разочаровать. Я не могу сердиться, когда меня называют словом соответствующим истине. Конечно, я мерзавец, - но почему бы и нет? У нас свободная страна, и каждый может быть язычником, когда это ему нравится. Только такие лицемерки, как вы, дорогая госпожа, силятся скрыть, какие черные у них души, и сходят с ума, когда слышат о себе правду.

    Ретт Батлер с самой первой секунды был почти единственным, кто видел Скарлетт О'Хару насквозь. Все ее замыслы и чувства были словно обнажены перед глазами этого мужчины, который то и делал, что насмехался, искуссно подлавливая Скарлетт даже там, где не было промаха! Ему нравилась такая игра, нравилось расставлять сети, нравилось открывать глаза О'Хары на жизнь, которая до сих пор была полна капризами и женихами. Более того, Ретт относился к "жертве" со всей искренностью: Батлер не скрывал, что ничего не делает просто так и что он соблазняет Скарлетт. Ее женской обязанностью стало не просто не попасться в сети — влюбить в себя соблазнителя! Вот лучшее развлечение и лучшая расплата.

    Всё меняются… Эшли, становится защитником родной земли, идет в солдаты, не боится смерти, признавая, что она — возможно единственный выход, чтобы остаться тем, кем он был и кем, по милости войны, не является больше; Ретт манипуляциями зарабатывает деньги, колеся по миру и разживаясь легендами; люди со скоростью света меняют места обитания, в поисках мирной жизни; а Скарлетт возвращается домой, где переживает основные перемены. Она наконец-то понимает, о чем так возбужденно рассуждал отец, стоя с дочерью на полях Тары. Да уже поздно. Только смотря на сожженную местность, Скарлетт поняла, что безгранично любит свою землю, поняла, что обязана быть сильной и достойной хозяйкой Тары, пойти буквально на все, ради процветания, чтобы никогда больше ее земля не становилась пустой горькой гарью…

  
  

  
  Голод снова отозвался в ее пустом желудке, и она сказала вслух:
  

  • Бог свидетель, Бог свидетель, янки никогда меня не сломают. Я пройду через все это, и когда война кончится, больше никогда в жизни не буду голодать. Ни я, ни мои близкие. Даже перед кражей ли убийством я не остановлюсь. Бог мне свидетель, но больше никогда в жизни я не буду голодать.

    Так сильная девушка превращается в сильную женщину.

  21 понравилось

  215