Рецензия на книгу

• 

  blue_blue_leo19 сентября 2015 г.

  Я – житель «кровавых земель»: части Европы от территории современной Польши и до территории западной части России. Земель, на которых устроили Голодомор и Холокост. Когда я читал упоминания о конкретных людях, которых погубил советского-нацистский сговор, польская частичка моей души плакала. Как и украинская. Как и еврейская. Я забуду данные об общих жертвах, но буду помнить, прежде всего, этих людей.

  История учит тому, что люди ничему не учатся. Вот о чем я думал прошлой весной. И эта мысль никак не умещалась в моей голове, я никак не мог принять эту истину. Со времени Второй мировой войны прошло 70 лет. Но в 2015 году кажется, что пропорция просвещенных людей и невежественных нисколько не изменилась.

  Каждый, кто считает, что есть нации лучшие и худшие – не усвоил урока Второй мировой. И мне представляется, что «двоичников» в обществе, которое последнее десятилетие самоупоенно занимается отбеливанием репутации Сталина и иже с ним, невообразимо много.

  Адептам «русского мира» книга Снайдера придется не по вкусу. Уже в предисловии к русскоязычному изданию автор упоминает российское вторжение в Украину в 2014 году и дает недвусмысленную оценку политике Кремля.

  
  Тон и содержание официального российского почтения памяти изменились радикальным образом. Президент Российской Федерации теперь официально реабилитировал Пакт Молотова-Риббентропа, который Советский Союз заключил с нацистской Германией и который, среди всего прочего, непосредственно привел к Катынской бойне. Реабилитация Пакта Молотова-Риббентропа означает реабилитацию всего совершенного Сталиным вплоть до момента подписания им соглашения с Гитлером. Это ставит под вопрос европейский консенсус по поводу того, что Вторая мировая война была катастрофой.
  

  Интересно, что «Кровавые земли» вышли на русском языке только сейчас – до этого книга переводилась на украинский и другие языки. Учитывая официальную политику российских властей и количество агрессивных «трудов» советско-реваншистского характера, заполонивших книжный рынок в России, можно с уверенностью прогнозировать ей нелегкую судьбу.

  Единственный упрек, который я бы мог высказать Тимоти Снайдеру – непоследовательность в требовании справедливого отношения ко всем сторонам Всемирной катастрофы. Автор с огромным сочувствием рассказывает о пострадавших поляках, евреях, крымских татарах, но у него не нашлось ни слова сочувствуя к тем, кто оказался в армии Третьего Рейха и Советского Союза не по своей воле. Не каждый, кто служил в Вермахте был нацистом, равно как не каждый солдат, служивший в Красной армии, был сталинистом. И с той, и с другой стороны оказалось немало людей, которых вынудили сражаться угрозой или, фактически, держа их семьи в заложниках. И немцы, и красноармейцы совершали героические – без лишнего пафоса – поступки, спасая чужие жизни и подвергая риску свои. На этой войне люди порой оказывались в ужаснейшем положении, когда приходилось выбирать между жизнью и правом остаться человеком. И кто может их осудить за сделанный выбор?

  
  Культуры памяти оперируют округленными цифрами, округленными до десятков, но помнить мертвых легче, когда цифры не округлены, когда последнее число – не ноль. Таким образом, говоря о Холокосте, возможно, легче думать о 780 863 разных людях в Треблинке, где конечная цифра «три» могла быть Тамарой и Иттой Вилленберг, чьи одежды прильнули друг к другу после того, как их отравили газом, а также Руфью Дорфман, которая плакала вместе с мужчиной, подстригавшем ее волосы, прежде чем она вошла в газовую камеру.
  

  Мой город пережил почти три года нацистской оккупации. Некоторые помнят о ней не из пропагандистских источников информации. Помнят, как их бросили на милость врага советские войска и администрация, в спешке убегая при наступлении Вермахта в 1941-м. Помнят, как в центре города стояли немецкие виселицы для мародеров и оказывавших сопротивление. Помнят, как солдаты обеих армий проклинали и Сталина, и Гитлера.

  P.S. Взгляд «с той стороны» на некогда уважаемом ресурсе.

  12

  1,2K