Рецензия на книгу

• 

  Cuore10 сентября 2025 г.

  Нелюбовь

  Само.

  Перенесемся во времена «до всего этого», которые сейчас кажутся чем-то таким далёким – и это же несмотря на все потери, страх и ужас даже того момента, когда: /а вы потеряли кого-то потому что я да и если да то вы поймете это но сейчас все равно это кажется таким как будто ненастоящим когда смотришь сериал «утреннее шоу» и там во втором сезоне начинается эпидемия и ты думаешь ой да ладно да когда это было если после было что-то еще что перекрывает как будто убийственные карты кончились а потом внезапно выпадает джокер/

  Убийство.

  На кинопоиске в 2023 выходила статья об Асе Володиной, где про нее писали «восходящая звезда современной русской литературы». Повод тогда был такой: вышел роман «Цикады», который, в свою очередь (и это немного забавное описание этого романа) основан на сценарии Екатерины Тирдатовой уже вышедшего на тот момент одноименного сериала: то есть обычно бывает наоборот – романы рождают сценарии и экранизации, ведь если всё происходит в обратном порядке, то кажется, мы же всё уже имели шансы видеть на экране. Сюжет такой: в самом начале ясно, что произошла трагедия и следователь допрашивает учеников школы о том, что случилось, так постепенно раскрывается история – да, вероятно, Тирдатова тоже смотрела испанский сериал «Элита», но кто ей запретит вдохновляться испанскими сюжетами. Володина тоже - берёт эту историю, позже называя её в интервью «усыновленным ребёнком» - и, в общем-то, делает из плохого сериала хороший роман, и что это, если не чудо. Конструкция «трагедия с самого начала и постепенное раскрытие героев-масок» - хоть и уже привычный ход, но с большой долей вероятности, после первой серии зрители придут за второй, чтобы понять, что тут вообще случилось и зачем. Этот приём, очевидно, нравится Володиной на самом деле - до «Цикад» у нее вышли сразу два романа одновременно – «Часть картины» (что-то случилось, но пока непонятно что, нелинейное повествование) и «Протагонист» (трагедия с самого начала и постепенное раскрытие героев-масок).

  «Протагонист» кажется на первых страницах пьесой с выписанными персонажами-масками, как в древнегреческой трагедии, всего их девять: остриженная дева, молодая женщина, безбородый и так далее. В прологе кто-то выпадает из окна – и первая же маска (учительница немецкого) начнет рассказывать, кто и почему, и какое отношение она имеет ко всему происходящему. И имеет ли?

  Студент некой Академии, напоминающей МГУ, второкурсник по имени Никита решил больше не жить. И, как пишут в сми, оставил прощальное письмо, где обвинил учительницу немецкого и прочее руководство Академии в своей смерти – это учительнице по видеосвязи на уроке сообщают другие ученики. Ковидные времена – и это, конечно, к древнегреческой трагедии подходит как нельзя лучше, потому что в реальности люди масок не снимают в буквальном смысле. Сделала ли учительница что-то? Что за человек был Никита? Кто его вообще хорошо знал? Маски расскажут всё. Конструкция романа – это три части, каждая из которых названа «агон», что означает «борьбу» с древнегреческого. В каждом агоне историю рассказывают три маски – и ведут они как будто бы к тому, который выпал из окна, поскольку именно его история дала им всем голос.

  Кажется, что если бы «Протагониста» кто-то решился экранизировать, лучше Звягинцева это не сделал бы никто. Кадр серо-синий, холодный – и это потому, что таково каждой маске, и в жизни, и за маской. Учительница, которая хочет перестать ей быть. Староста класса, у которой жизнь борьба, как у верблюда. Ты же умная, но поступила на платное, а у Никиты вот было всё не так, Никите постоянно везло, и мир несправедлив. Сестра Ник-иты по имени Ник-а, из истории которой выясняется, что удивительно, что она не вышла в окно за братом. Декан и его секретарша, которые, в общем-то, обычные декан и его секретарша, и листья падают, как и студенты. Местный психолог, который ничем не примечателен буквально, даже тем, что никому не помог. Подруга и друг Никиты, которые практически лучшие части романа, если бы не следующая маска.

  Мать.

  Очевидно, что то, в чем Володина хороша – это отношения «отцы и дети», это есть буквально в каждой ее книге. Мама, любишь ли ты меня? Папа? У меня есть теория, что счастливые люди из полных любящих семей не поймут Франзена с его «Поправками» да и прочими романами про то, как нелюбовь, как по Звягинцеву, распространяется в воздухе. Про Володину можно, пожалуй, сказать то же самое – можно ли её полюбить, если не понимаешь, о чем написан абзац без знаков препинания, таким потоком сознания, который, собственно потому так выглядит – ему, этому абзацу, нужно выразить боль и смятение, тоску от того, что «от папы пахнет папой шепчет всё пройдет это тоже утыкаюсь в грудь где сердце где татуировка с группой крови той же что у меня той же что у никиты той же что у никиты была была была как привыкнуть к тому что была а больше не будет и что думает папа раз кровь его течет теперь лишь во мне и ни в ком больше папа хотел сына я стала ему всем а никита не стал даже пасынком» или совершенно гениальный отрывок про шарики и ролики у мамы. Потеря брата передаётся почти физически для читателя, скороговоркой – но в маске Ники не только про эту потерю, там и про потерю детства, про мать, которая бросила на ночной дороге по пути из сада, про вот это вот всё, что стоит пожалеть сразу всех героев заранее, потому что зачем мы вообще все живем, если живем вот так.

  Первое, что придет на ум – что «протагонист» это, конечно, тот, с кого всё началось, но это выглядит обманчивой теорией. «Агоны» это потому и про борьбу; маски и борются в выделенных им тройках за право быть протагонистом, как и в жизни – каждый человек главный в своей собственной истории. Дайте каждому слово – и он расскажет всё со знаками препинания или без, он будет звучать так, как звучит только он один, он будет откровенен (или нет), но он расскажет.

  Протагонист в моменте – абсолютно каждый, и как читатель ровно сейчас по ту сторону экрана протагонист этого текста, так и я сама по себе, потому что это моя маска и моё слово. Всё это так до последней маски, которую собственно считают, в противовес теории про то, что протагонисты здесь все, самым главным героем – это история Агнии, она же – история девяностых в бандитском городе, прототипом которого служит Тольятти; история девочки-девушки-женщины, выросшей без отца, чья семейная линия началась со лжи матери и далее продолжилась материным предательством. Нелюбовь, которая, как вирус, распространяется в воздухе, только в случае этой эпидемии не выйдет надеть маску, перчатки, мыть руки, изолироваться дома и общаться по зуму, не выйдет пить больше витаминов и излечиться от этого, не выйдет сделать прививку, от этого не делают прививок. Нелюбовь, которая въедается под кожу, как въедается черная плесень в стены в помещениях с высокой влажностью; люди рождают других детей без любви, растят их без любви, передают им «без любви» по наследству и говорят: «ничего ты не понимаешь, все так живут, ты потерпи, это все ничего, это всё пройдет», а еще говорят «стерпится-слюбится» и будешь ты счастливый, и будешь ты как мы, только мы сами не знаем, насколько мы несчастливы.

  Как это лечить?

  У Володиной есть несколько вариантов (из)лечения, а точнее – агона, того, как с этим бороться с разной степенью успеха; именно так названы три агона романа: терпеть, служить, и, как ни странно, любить. У одного героя – психолог, также - его обнимает мама, буквально вытаскивает его из состояния, когда он мог быть ещё одним Никитой, у другой – хороший партнер без заболевания имени Звягинцева, у третьей – работа. «Я ведь только в тридцать пять и понял, что можно как-то по-другому жить. Можно бороться за семью, но не с самой семьей же», говорит в финале отец Никиты, который спасся от этой нелюбви уходом из семьи, но, кажется, и не был заражён никаким вирусом вовсе. Поступки других людей порой лучше всего доказывают: чужая жизнь была разрушена ещё до её начала и никто не пытался это исправить, хотя со стороны кажется – не понимать это было невозможно. В историю матери Никиты вплетена сказка про Красную шапочку: героиня даже работает в кафе под названием «Сказка», но жизнь её на сказку совершенно не похожа – бедные девяностые, бандиты, человек, который охотится за ней – так, героиня идёт через «лес» и за ней идёт волк, от которого обязательно спасёт охотник. Для героини, впрочем, и охотник становится волком, да и, стоит озвучить и это – и героиня становится волком для охотника (и не только для него одного). В оригинальной, литературной «Красной шапочке» охотник действительно надевает на себя волчью шкуру после его убийства. Героиня этой маски, Агния, постоянно обращается к умершей бабушке – бабушка, бабушка, а что делать, если рядом волк? Постепенно эта фраза превратится в «а что делать, если волк – это я?».

  Терпеть. Служить. Любить.

  «Протагонист» - не про историю одного юноши или его семьи и окружения, это история про человека вообще, про то, что, собственно, происходит ежедневно и прямо сейчас, когда всеобщая «нелюбовь» постоянно рифмуется с «кровь», за отношениями матери и ребенка скрывается из того же дня сегодняшнего туманное послезавтра, и будет там счастье или нет, пока непонятно. В финале очевидно, что новая жизнь в других отношениях – случится, а исцеление - реально, и это, вероятно, противоядие всему прочему яду, всей той прожитой боли, которая переломала метафорически и буквально. Это «всё» остается позади – и так пишет Ася Володина в финале - «дверь закрылась», а там, за дверью, остались все эти голоса, все эти маски, времена, когда ребенка можно высадить из машины и уехать, когда можно откровенно ненавидеть в ответ на «люблю», когда в твой дом приходят убивать по чьей-то вине, когда кто-то силой берёт то, что брать не должен и так далее, и тому подобное. Дверь закрылась, и слава богу.

  А что дальше – трагедия или нет, - это уже, конечно, другая история.

  22

  449