Рецензия на книгу

• 

  polnochnaya_biblioteka

  2 сентября 2025

  Остросоциальный роман, поднимающий множество вопросов и все они важны. Роман, который давит, сжимает, расшатывает, крича о тех, кого нельзя предавать забвению.

  "Самое страшное в том, что очень мало кто считает себя плохим. Человеческая натура может быть такой отвратительной, но упорствовать в этом уродстве, настаивая на том, что она хороша".

  Если не брать в расчет детей, то есть ли еще на земле люди, ни разу не слышавшие об ужасах, вытворяемых когда-то Тедом Банди, Джоном Уэйном Гейси, Джеффри Дамером, Эдом Гином, Андреем Чикатило? Список, увы, стремится к бесконечности. Но кто из вас знает Кимберли Дайан Лич, Нэнси Уилкокс, Кёртиса Строутера, Любовь Волобуеву, Мартина Малфоя, Мэри Хоган? Все они были жертвами этих монстров, которые в угоду кровожадной публике и желанию некоторых заработать деньжат на смерти, по уровню славы догоняют (если не перегоняют) мировых знаменитостей в музыке, кино, искусстве. И общий список людей за всю историю человечества, жизнь которых так несправедливо оборвалась по воле чудовищ, живущих внутри убийц, выбьет всю почву из-под ног количеством, если однажды его составят.
  
  Признаюсь, я и сама не помню по именам каждого человека, лишенного жизни таким мерзким способом, но ведь именно они важны. Дети, которые уже никогда не вырастут, не пойдут в институт и не найдут свое место в мире. Взрослые, которые так и не заведут семью, детей, собаку и не купят большой дом на берегу океана, как когда-то мечтали. Все люди, чьи жизни оборвались в один миг. Все люди, которым не дали право голоса, но зато их убийцы горланят свои манифесты и теории о том, что они вовсе не плохие, кричат о своей невиновности, ведь «это слишком откровенный наряд их спровоцировал», причисляют себя к богам, наделяя себя властью решать: кому жить, а кому — нет. Они выбирают для казни самые извращенные, мерзкие и жестокие способы, пряча тела так, чтобы их не нашли, а родственники погибших всю жизнь страдают от неизвестности, тешат себя пустой надеждой и не живут свою жизнь, потому что ее у них тоже отняли, оставив кожу, натянутую на мясо и мышцы, раскрошив душу и сердце в клочья...
  
  О них и будет книга Дани Кукафка, о людях, которые так и не прожили свою жизнь, потому что очередной человек, мнящий себя особенным и исключительным, не дал им такой возможности...
  
  Вот, кстати, часть теории Анселя, того самого героя, которого собираются казнить: "У меня есть идея. Или, пожалуй, теория. Нет ни добра, ни зла. Вместо этого у нас память и выбор, и все мы находимся в разных точках спектра между ними. Мы созданы тем, что с нами произошло, и нашими решениями о том, кем нам быть". Она сразу напомнила мне о книге «Всё решено. Жизнь без свободы воли» Роберта Сапольски, но из уст Анселя все это звучит, как пшик, как пресловутая попытка оправдать свою никчемность и ничтожность, свою бесчеловечность.
  
  Да, конечно, история детства Анселя, где есть две травмы, которые скорее всего и поспособствовали тому, что он стал тем, кем стал, трагичная и горькая. Такого не должно случаться с детьми. Так вообще нельзя поступать с людьми. Но неужели это должно становиться оправданием? Неужели этот переломный момент может затмить то хорошее, что Ансель встречал после? Да, тут есть осложнение: возможно, Ансель психопат или социопат, если рассматривать цитату ниже, а их мозг еще более изощренно устроен, но не все психопаты и социопаты становятся убийцами. Короче, тут можно бесконечно рассуждать, опять же, но факт остается фактом: никто не вправе отнимать чужую жизнь, если это не самооборона, но и тут есть градация уровней опасности и прочих нюансов, из-за которых такой вид самообороны может посчитаться чрезмерным.
  
  «Записки перед казнью» — остросоциальный роман, поднимающий множество вопросов и все они важны. Роман, который давит, сжимает, расшатывает, крича о тех, кого нельзя предавать забвению.
  
  

  
  "Ты не знаешь, что за чувство испытываешь, когда смотришь на фотографию. Оно не может быть любовью, потому что тебя проверяли: ты не смеешься и не вздрагиваешь в нужные моменты. Есть статистика. Что-то насчет распознавания эмоций, сочувствия, боли. Ты не понимаешь ту любовь, о которой читаешь в книгах, а фильмы тебе нравятся в основном за то, что по ним можно изучать мастерство перевоплощения. И все же, что бы они ни говорили о твоих способностях, — это не может быть любовью, это было бы невозможно с неврологической точки зрения, — но, глядя на фотографию «Синего дома», ты переносишься туда. В место, где крики прекращаются. Тишина восхитительна, она приносит невыразимое облегчение".

  Мне очень понравилась работа, проделанная Даней Кукафка, она написала не очередной роман, где все сводится к одному лишь убийце и вскользь говорят об убитых, а роман, в котором главенствующий голос отдан самим жертвам. Глазами Хейзел мы видим жизнь и смерть одной из Девочек (не буду называть имя, чтобы не проспойлерить), глазами Саффи — ту жизнь, которую могли бы прожить Иззи, Анжела и Лила, если бы на их пути не встретился очередной Тед Банди/Эд Гин или еще кто-то там, их имена не важны. Через Лаванду нам открывается не столько прошлое Анселя, сколько еще один корень зла, от которого надо бежать без оглядки. Единственное, в этой линии я так и не поняла, как отношусь к поступку Лаванды, потому что с одной стороны мы увидим, что он был правильным, а с другой — сидит Ансель в ожидании смертной казни...
  
  Невероятно много болезненного и смердящего автор выносит наружу, заставляя мозг неустанно блуждать в рассуждениях, искать ответы, размышлять как бы сложилось, если бы, да кабы... И все это настолько сильно въедается в кожу, так глубоко проникает внутрь, что в какой-то момент я потеряла связь с собой, полностью растворившись в границах романа. Я примеряла на себя личины каждого героя и лишь в одной из них мне было так душно, противно и мерзко, что хотелось содрать ее вместе с той частью себя, которой эта личина коснулась. Конечно речь об Анселе. О взрослом Анселе, который ни на йоту не вызывает сочувствия, разве что, в самом финале, когда до него наконец-то доходит непреложная истина — это, кстати, довольно интересный момент на подумать. Взрослый Ансель до тошноты банален, до скучного предсказуем, до невозможности безынтересный, даже несмотря на то, что я бы хотела узнать, как работает его мозг, но Даня Кукафка делает все, чтобы показать: будь на его месте хоть Петя из соседнего подъезда, хоть будь Ансель знаменитым Тедом Банди — все это неважно, потому что все они одинаковы, отличаются лишь их образ действия, мотивы и травмы, но в остальном они такие же пустые, как кружка из-под утреннего кофе с неприятными пятнами на стенках, которые хочется смыть. И те крючки, которыми автор все это отражает хорошо считываются и вызывают трепещущее удовлетворение, извращённое удовольствие от того, как же Анселю плохо, как же ему невыносимо.
  
  

  
  "Трагедия в том, что она мертва, но еще и в том, что она принадлежит ему. Плохому человеку, который совершил ужасное. Есть миллионы других моментов, которые прожила Иззи, но он сожрал их все, один за другим, пока она не осталась в большинстве воспоминаний как итог той ужасной секунды, постоянно сводимой к ее страху, боли, жестокому факту".

  Повествование плавное, неспешное, как течение небольшой реки в солнечную безветренную погоду, без ярких оттенков, но с блестящими деталями, достойными восхищения. Картина получилась очень насыщенная, объемная, развернутая под новым углом зрения, и хоть она невыразимо трагичная, заканчивать чтение ничуть не хотелось. Я наслаждалась каждым словом, хотя и не могу назвать слог Дани Кукафка креативным или выдающимся, но он образный, богатый, глубокий и меланхоличный, от того и запоминающийся, пробирающийся под ребра прямо к сердцу. Перелистнув последнюю страницу, я рыдала белугой: слишком больно, слишком по-печальному трогательно, слишком несправедливо и жестоко...
  
  Почитала негативные отзывы на ЛЛ и это тот самый случай, когда думаешь «а вы вообще книгу читали?» или «а мы точно об одной и той же истории сейчас говорим?». В корне несогласна, особенно с теми, где пишут, что это очередная книга про маньяка, когда она в первую очередь о жертвах, или ставят в минус блеклые описания психологического состояния Анселя или тюрьмы, когда это намеренный (скорее всего) авторский ход, чтобы показать его обычность и неинтересность, придавая ярких красок именно Девочкам. Короче, сколько людей, столько и мнений, но грустно, когда такую хорошую книгу ругают, да еще и смуту наводят, говоря о том, чего в книге либо нет, либо не в таком количестве, как посчитали рецензенты.
  
  

  
  "Двадцать лет прошло с тех пор, как они нашли тела, двадцать девять — с тех пор, как девочки пропали, и все же поблизости маячит камера телевизионщиков, твердо намеренных сделать репортаж. Саффи чувствует отвращение, правда колет ей глаза. Только ради этих девочек никто не снимал бы репортаж. Не было бы ни поминовения, ни вообще внимания. Они важны из-за Анселя и того завороженного интереса, который вызывают у мира мужчины вроде него".

  Я не знаю, какими ещё словами выразить то восхищение, которое я испытываю не только к книге, но и к Дане Кукафка за то, что она вернула голос тем, кто в нем нуждался, тем, кто действительно заслуживает быть услышанными. И правда, почему мир так зациклен на убийцах и напрочь забывает о тех невинных жизнях, которые они оборвали? Почему популяризация тру-крайма вместо образовательной деятельности и информации для поддержания безопасности себя и близких превратилась в почву для романтизации преступников, дала ход подобному в литературе, кино и тд.?
  
  Знаете, в какой-то момент мне даже стало стыдно за то, что у меня в библиотеке так много биографий серийных убийц, хоть я и читаю их не за тем, чтобы восхищаться и так далее, как и за то, что со временем я забываю имена жертв... Это чертовски грустно и невыносимо неправильно. Почему монстры входят в историю за то, чем ни один нормальный человек не будет гордиться, за счет чужих жизней, а эти самые жизни будут помнить только люди, которые их любили, и лишь иногда вспомнят другие, когда выйдет очередная статья, подкаст и тд.? В общем, задуматься стоит о многом, как и обсудить книгу в совместных чтениях или просто с теми, кто уже читал. История однозначно отправляется в топ года и моей жизни! Это было блестяще!
  
  

  
  "Трагедии неизбирательны и абсолютно несправедливы".

  11 понравилось

  0

  185