Отзывы о книге Накануне
Igor_K27 августа 2025Смутное предчувствие
Лето, жара, деревня, здесь коротает дни маленькое дворянское семейство с друзьями. Молодежь горячо спорит на отвлеченные, но такие важные для нее темы, старшее поколение занято своими делами. Конечно, не обходится дело без любовного томления, слишком уж хороша, слишком уж трепетна дочь главы семейства, Елена Николаевна Стахова. Вот за ней крайне невинно (и неуклюже) и ухаживают два молодых балбеса: Павел Яковлевич Шубин, племянник Стаховых, и Андрей Петрович Берсенев, друг Шубина. Все это волнение мыслей и чувств, кажется, обреченно на то, чтобы закончиться ничем, в конце концов, лето всегда заканчивается, а жизнь продолжается. Но в какой-то момент Берсенев зовет к себе в деревню своего московского приятеля, Дмитрия Никаноровича Инсарова, болгарина, человека с темным прошлым и революционным будущим. Это и становится началом большой любовной драмы. Драмы, в которой современники Тургенева не без причины увидели всевозможные политические аллюзии. «Накануне» лишь кажется романом любовным (так его тоже, кстати, легко прочесть, но это явно обедняет книгу), все-таки это роман социальный и политический, крайне актуальный на момент публикации. Название «Накануне» можно читать по-разному. И все прочтения будут верны. Опять же – современникам Тургенева это было очевидней некуда. Сам роман написан в конце 1850-ых, страна затихла в предчувствии колоссальных изменений, уже скоро отменят крепостное право, пойдут в народ студенты-революционеры, а потом уже и начнут свою деятельность бомбисты. В воздухе было разлито ощущение надвигающихся перемен, Тургенев, безусловно, чувствовал это, что и нашло отражение в этой его книге. Страна была накануне… Само же действие романа разворачивается в первой половине 1850-ых, царствование Николая I движется к концу, в стране застой, реакция, но уже скоро разразится Крымская война, привычному миру наступит конец. Что-то должно случиться, что-то должно сдвинуться, это ощущение прекрасно передано в тексте, пусть наше внимание первоначально и отвлечено идиллическими описаниями летней природы. Должно случиться, но еще нет, все еще накануне. Это касается не только общественного контекста, это касается и личной истории каждого персонажа. Кто-то находится накануне в своих чувствах, кто-то в своей профессиональной деятельности, кто-то в своей политической жизни. В общем, всем им предстоит повзрослеть и что-то понять, кому-то удастся перешагнуть этот порог, покончить с личным накануне, а кому-то и нет, о чем свидетельствует красноречивый эпилог. В общем, хорошее название. Удачное. Не всем книгам так повезло с названием. Первое издание «Накануне» в журнале «Русский вестник» в январе-феврале 1860-ого года вызывало яростную волну критики. Ругались все: консерваторы узрели в фигуре Елены Николаевны аморальность, либералы считали, что Тургенев слишком уж мягок в изображении действительности, а его революционер-болгарин выглядит форменным оскорблением для всех русских революционеров. Тургенев болезненно воспринимал эти и иные нападки, особенно его расстраивало то, что Добролюбов трактовал образ Елены Николаевны как образ России, приписывая ей потребность в новой жизни, новых людях и неминуемый при этом самообман. Особенно отмечалось, что Елена (как бы Россия) ищет выхода своей энергии вовсе не на Родине, а где-то там в Болгарии. В общем, не на такой резонанс рассчитывал автор, предполагая в этой своей вещи (по его собственным словам) показать новый тип людей из русской жизни, тип, который только лишь начал формироваться (и опять – это вот ощущение про накануне). «Накануне» представляет собой текст, который многого требует от читателя. Так было и в момент публикации (вот уже 165 лет назад), так есть и сейчас. Более того, сейчас для понимания этой книги требуется еще больше. Многое остается в ней непроговоренным, просто не надо было все это проговаривать автору. А вот сейчас читателю стоит и в исторических обстоятельствах разобраться, и в социально-политических спорах того времени, и в отношениях самого Тургенева с критиками, которые, в общем-то, считали его слишком уж старым и забронзовевшим. Тут, конечно, на помощь современному читателю приходят биографы и литературоведы, «Накануне» давно уже считается классикой, про эту книгу написано очень много самого разного. Наверное, некоторые трактовки удивили бы (и расстроили бы) автора. Но – с другой стороны – можно все это игнорировать, просто сесть и прочесть эту книгу. Забыть, что вот перед нами великая русская классика, просто быть внимательным к тому, что говорит автор. А уже потом – по желанию – обратиться к биографам и литературоведом, к Добролюбову, в конце концов. И вот тут-то выяснится, что Тургенев далеко не скучен (как порой нам кажется, когда речь идет о классиках), пишет он тонко, изящно, что придает даже бессобытийным бытовым сценам особую прелесть, в его романе очень много иронии. Все эти чудные замечания в духе – «Он был очень нервический человек», «Шубин подумал, подумал – и яростно заспорил с Куртановским о юридическом вопросе, в котором ничего не смыслил», «…Ты дурно себя чувствуешь? – прибавила она с живостью», «Но вид ее страданий только раздражал его, и он очень скоро довел ее до слез», «В театре давали оперу Верди, довольно пошлую, сказать по совести…» – может быть не смешны в отрыве от всего текста, но не могут не вызвать улыбку при чтении. Но даже прибегая к достаточно жесткой иронии, автор все равно остается мягким, тактичным, нежным к своим героям. Да, порой он выставляет их в неприглядном свете, но видно, что дороги они ему со всеми их изъянами. Думается, вот это как раз современные Тургеневу критики и не смогли у него принять: и консерваторы, и либералы хотели обличений, гнева, безжалостности. А тут вам все как-то мило, и даже непристойность пристойна. А еще «Накануне» можно прочесть как роман про молодость, которая всегда ждет перемен и чувствует наступление чего-то большего. Просто потом кто-то чего-то да добивается, а кому-то не суждено. Вечная, по сути, тема, а все остальное лишь контекст.
9 понравилось212
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым