Рецензия на книгу
Тай-Пэн
Джеймс Клавелл
rich_witch25 августа 2025 г.Йо-хо-хо и бутылка опиума
А знаешь, что, салага? Прежде всего, чёрт возьми, вопреки всем дурацким канонам, в башке заводится не какой-нибудь пафосный вирш, а писклявый голосок той самой феюшки из постмодернистской байки про здоровенного огра: «Где отважные мужчины?». И знайте, сухопутные крысы, не нужно нам снаряжать когги и бороздить моря в поисках заколдованных островов или рыцарских замков! Ответ-то до пороховой бочки прост, ё-хо-хо!
Все они, самые отчаянные голодранцы и сорвиголовы, что бороздили моря, уже выстроились тут, на этих страницах, пропахших соленым ветром, дешевым ромом и пороховой гарью! Они ждут тебя, прищурив свои бесстыжие глаза, под треск смоленых канатов и скрип кожаных переплетов!
Так что поднимай якорь своего любопытства, поднимай все паруса и пускайся в плавание! Потому что «Тайпин» – это абордаж твоего разума самыми лихими головорезами и дельцами из всех, что рождало море! Йо-хо-хо!Да, ведь это же именно такие вот субъекты исторического процесса, эта порода людей, высекающая искры из кремня реальности своими голыми руками, и творила ту самую Историю, что мы робко проходим в школе. Не томные аристократы в кружевах и не утонченные философы в пудреных париках – нет, сэр. А вот они: Дирк Страун и Тайлер Брок – циничные, прожженные до пепла, беспринципные и до одури, до самозабвения отважные дельцы.
Да, по совести, торговцы опиумом, что уж там кривить душой, но, черт побери, бесстрашные торговцы опиумом! Не кабинетные крысы, а морские волки, для которых шторм в Южно-Китайском море лишь легкое осложнение на пути к астрономической прибыли, а цинская военная джонка на горизонте не более чем досадная помеха, решаемая парой залпов из карронады на корме. Истинные тайпины в мире коммерции, поднявшие свое кровавое восстание против скучных условностей и моральных догм; те самые капитаны-каперы своего дела, что без тени сомнения ставят на кон и свой корабль, и свою шкуру, и свою душу, дабы сорвать джекпот у рулетки мировой торговли. Они прокладывают курс сквозь экономические бури, оставляя за кормой пену этических сомнений, ибо их бог - груз в трюме, их религия – коносамент, а их провидение – вовремя подувший муссон.
А сама книга чистейший опиум, в доску им же и торгуемый! Ты открываешь её на первой странице с наивным желанием «прочитать немного перед сном», и внезапно обнаруживаешь себя в четыре утра с пересохшим горлом и выпученными глазами, лихорадочно пролистывающей главу за главой. Как штормовой фордевинд, на котором тебя несут, не спрашивая согласия. Классическое: «ну еще одну главу» здесь не работает.
А «дружба» Дирка и Брока?Хе-хе-хе…
Да будь я проклята, если это хоть на йоту похоже на какое-нибудь типичное соперничество! Это элитный, высочайшей пробы флирт двух хищников, которые друг друга и ненавидят, и обожают, и жаждут уничтожить, и мечтают слить свои капиталы в один общий золотой океан. Они кружатся в этом смертельном танце, словно на балу у Сатаны: то обменяются любезностями, что острее шпаги, то подставят друг другу плечо, дабы тут же вонзить в него стилет конкурента.
И, конечно, нельзя обойти стороной то, что составляет фирменный, неповторимый «почерк» Клавелла: его почти что сладострастное, дотошное внимание к материальной, подчас откровенно отталкивающей изнанке бытия той эпохи. В то время как другие авторы исторических романов часто ограничиваются блеском шпаг и шелестом шелков, Клавелл с упоением истинного материалиста спускает нас с небес высоких идей в самую гущу телесной, почти животной реальности. И здесь нас ждет главный, нарочито подчеркнутый автором диссонанс, который невозможно не оценить.
С одной стороны, утонченная, многовековая культура Востока с ее ритуалами омовения, безупречной чистотой домов и почтительным отношением к телу. С другой, те самые «цивилизаторы» и «отважные мужчины», строители империй, от которых на расстоянии мили разит немытым телом, прогорклым портвейном и исподним, который не меняли со времен последнего рейса.
И вот здесь, среди всей этой брутальной мужской круговерти, среди звона клинков и скрипа пергаментных свитков с контрактами, мы подходим к главному, нет, не сокровищу, а настоящей жемчужине, затерянной в сундуке, полном пиастров. Я уже во второй раз попадаю на крючок Клавелла, и во второй раз ловлю себя на мысли, что пока эти усатые грязные джентльмены удачи меряются… э… капиталами, моё внимание с маниакальным пристрастием выискивает между строк другое.
В «Сёгуне» это была Марико, тот самый недостижимый идеал, трагичный и прекрасный. И вот, опять же, Клавелл, будто зная, что его читательница уже подсела на этот специфический наркотик, сложных, умных и абсолютно невыносимых в своей силе женщин, подбрасывает новую дозу.
И появляется она. Мэй-мэй. Это, пожалуй, один из самых совершенных женских образов, что мне доводилось встречать в литературе вообще. Прекрасная? Несравненно. Нежная? Словно шёлк. Умная? До состояния лезвия, которое даже не понадобится прикладывать к горлу – один взгляд из-под опущенных ресниц способен развязать один узел и затянуть другой, куда более туго. И она нисколько тебя не раздражает, ни единым жестом, ни поступками. Мэй-мэй – на 10000 из 10.
Признаюсь, со всем своим позорным, неизлечимым романтизмом: я, как тот самый юнга, впервые увидевший сирену на скалах, всегда ищу её зацепкой в любом, даже самом брутальном повествовании. Для меня любовная линия, если она есть, всегда очень важна.
И здесь она прекрасна. Как и сама Мэй-мэй.И Дирк и Мэй-мэй… Лучшего финала, который выбрал автор для них не придумаешь. Тайпан и его тайтай. Их последние слова друг другу и то, как они до последнего друг друга обнимали разбили мое сердце.
И что в итоге?
«Тайпин» Джеймса Клавелла предстает не просто масштабной сагой о становлении торговой империи в условиях беспощадной конкурентной борьбы на диких, продуваемых всеми ветрами берегах колониального Гонконга, но и глубоким, многослойным исследованием самой природы власти, которая проявляется не только в грубой силе капитала или оружия, но и в тихой, неукротимой силе человеческого духа, воли и интеллекта. Это гимн личной отваге и предпринимательской дерзости, которые, будучи лишенными сковывающих условностей цивилизации, творят историю, попирая моральные догмы и устанавливая свои собственные, жестокие, но неумолимо эффективные правила игры, где на кону стоят не просто богатства, но сама жизнь и будущее целых династий.
Тут тебе и глобальная политика Опиумных войн, и макроэкономика, звонко звякающая пиастрами в портмоне ушлых дельцов, для которых весь земной шар, лишь карта маршрутов к прибыли, где малюсенький скалистый остров оказывается тем самым Архимедовым рычагом, что переворачивает судьбы континентов.
Но тут же, в гуще этого, малая, частная, человеческая жизнь во всей её неприглядной и прекрасной конкретике. Свирепая эпидемия, выкашивающая кварталы и уравнивающая в прахе лорда и кули. Грязная физиология, «правда тела», которая напоминает, что любая возвышенная идея обретается в существе, что потеет, испражняется и стремится к удовольствию. И над всем этим любовь.
Безусловно, книга на 100/10.
Что ж, вот и приплыли к последнему причалу, салага! Надеюсь, твой желудок крепче, чем у юнги после первой качки, и ты не уронил честь нашего судна, пустив слезу на прощании с Тайпаном и его Тайтай.
Так что закругляемся!
Короче говоря, если на вашем корабле скучно и паруса обвисли, то берите на борт «Тайпина». Будет вам и драка в таверне, и запах золота, и ветер дальних странствий, и даже любовь, что пострашнее абордажа будет. Только смотрите не уроните книжку за борт, а то как бы вам не пришлось идти на дно за ней вместе с моим добрым словом!
Ваш искренний почитатель,
Капитан Грязная Борода,
след от сабли на обложке и пятно от рома в углуСодержит спойлеры271,1K