Рецензия на книгу

• 

  wondersnow9 августа 2025 г.

  О роковых обмороках.

  «Скажи, Эдвард (вскричал он), где набрался ты этого несусветного вздора?! Подозреваю, из романов!».
  

  «Обманут в дружбе, в чувствах предан», – к счастью, не в этой истории, ибо, цитируя мудрую героиню, «привязанность всегда обоюдна», так что дружба у неё была крепкой, а любовь верной, но без обманов и злоключений не обошлось, и именно об этом Лаура и решилась поведать дочери своей подруги, дабы беспечная Марианна узнала о всех тяготах взрослой жизни, в которую она сама только вступала. Здесь будет всё: любовь и дружба, драматические события и любовные интриги, коварные предательства и счастливые встречи, а ещё здесь будет много, очень много обмороков, ведь рука, держащая перо, принадлежала самой настоящей королеве драмы, которая, если верить её заверениям, была невероятно красивой, благородной и добродетельной девицей, а ещё – это важно! – она была умной, такой умной, что даже превосходила своими знаниями учителей (и эта пометка, мол, ваша матушка тоже неплоха, моя милая, но знаете, она и рядом со мной не стояла... да, добродетельностью от сказчицы так и веет). Спокойная жизнь этого чудесного дарования закончилась в одну ненастную ночь, когда в двери отчего дома постучал невероятно красивый, благородный и добродетельный (!!!) юнец, и началась жизнь бурная, но при этом счастливая. «„Что там за шум?” (спросил он). „Похоже, кто-то громко стучит в нашу дверь” (отвечала матушка). „В самом деле?!” (вскричала я). „И я того же мнения” (сказал отец)».

  «„Скажи же, когда буду я вознаграждён тобой?”. „Сию же минуту, дорогой и любезный Эдвард!”», – и правда, а чего ждать, любовь же, та самая, что с первого стука взгляда, так что тем же вечером их и обвенчали. И началась удивительная жизнь... Всё складывалось удачно, более того, чуть позже молодожёны и верных друзей нашли, и зажили они вчетвером как в сказке: «Время летело незаметно во взаимных заверениях в неизменной дружбе и вечной любви». К сожалению, продлилось это недолго, вторглась та самая жизнь, ибо деньги, понимаешь, закончились (отвратительно). Арест, дорога... обморок. И ещё один. И ещё. «Мы ничего не могли поделать – разве что упасть в обморок». Одинокие девицы выживали как могли, то есть они следовали заветам своих благородных мужей, которые, идя против “подлых отцов”, опустошали их секретеры и убегали, но увы, и тут несчастных посмели поймать да ещё и выгнать из дома (возмутительно). Закончилось всё и вовсе трагично. Авария, истерика... обморок. И ещё один. И ещё. Так они все и померли, все, кроме рассказчицы. Марианну эти письма должны были многому научить. Например, стоит держаться подальше от храпящего человека, ведь «такому как он ничего не стоит совершить самое кровавое преступление». Секретеры обчищать надо осторожнее. А обмороки? Это был главный урок, ибо помни: не всегда под тобой окажется мягкий диван (мудро). «Один роковой обморок стоил мне жизни... Берегись обмороков, дорогая».

  «София всякую минуту падала в обморок, а я столь же часто впадала в безумие», – как же это было смешно, чем-то напомнило чеховские издевательства, я такое обожаю, потому что да, то, что эти двое так блестяще высмеивали, может и вызывать симпатию (есть парочка любимых книг), но и недостатки при этом видишь, так что можно понять дерзкую девчонку, которая в четырнадцать лет написала эту повесть, устав, надо думать, от книжных... обмороков. Забавными были и все эти встречи героев, а та сцена с дедом, перед которым за несколько минут собралась целая орава внуков, которых он до сего момента не знал? «Но скажите мне (продолжал он, с опаской глядя на дверь), на этом постоялом дворе есть и другие мои внуки?», – такое и правда хочется зачитывать вслух, как делала это сама Джейн Остин во время вечерних чтений с семьёй. Ох уж эти невероятно красивые, благородные и добродетельные девицы и юнцы, сколько таких книжных героев сразу вспоминаешь, и потому становится ещё смешнее, пусть некоторых из них и любишь. Получила невероятное удовольствие от этого небольшого сказа, и как здорово было подмечать некоторые детали, которые чуть позже писательница разовьёт в нечто более серьёзное – или не такое уж и серьёзное, если вспомнить «Нортенгерское аббатство», с которым у этого произведения много общего. Такое мы любим. «Прощайте».

  «Впадай в безумие как можно чаще... Главное, не лишайся чувств».

  48

  313