Девки
Николай Кочин
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Николай Кочин
0
(0)

Историю пишут победители.
Потом победившие победителей вымарывают старую правду и рассказывают детям свою. А потом победившие победителей победителей... И где-то закольцованный змей бесконечности с интересом наблюдает за происходящим, уже начиная скучать и ничему не удивляясь.
Это ещё Оруэлл рассказывал. Не про змея, конечно, но про истину и ложь уж точно.
И последние сто лет уж точно были особенно плодотворными на игру "а было ли...". Ну и современный мир не отстает. До сих пор правда у всех своя. Кто-то любуется на портрет Ленина на стене и вспоминает, как хорошо было в Советах. Кто-то проклинает то время до сих пор и готов бежать подальше, лишь бы не снова туда. А кто-то незаметно возвращается обратно. Но это опять таки другая история.
И правда у всех своя.
Где моя - не знаю. Не было бы коммунизма, не факт, что дед смог бы выбраться дальше родного украинского села, закончить университет, прожить свою жизнь в городе, объездить полмира. Не факт, что второй дед проделал бы похожий путь из Сибири и встретил бабушку, выросшую в военной части на Дальнем Востоке.
И факт, что дороги бы точно не свели моих родителей в одном институте в одном городе.
Так что так или иначе выходит, что, как минимум, за свое появление я благодарна канувшей в лету стране. Хотя обратно не хочу. Вот она - моя правда...
А где правда кочинских девок?
Тоже где-то посередине. Хочется и в красивом сарафане по селу пройтись, всеми хвалимой невестой-лебедушкой и свободы хочется. Простой возможности замуж за любимого пойти, а не за того, кого тятенька с помощью сватьи подберет. А ещё право голоса иметь, возможность уйти от жестокого или нелюбимого мужа.
Надежду хоть на какую-то справедливость. Пьяный подлец девушку напоит, платье изрежет, а от позора потом ей не отмыться, он по-прежнему знатным женихом слывет.
Вроде бы легко попытаться выбраться: через учебу, политические новости.
Но в деревне, где даже мужчина-комсомолец редкая порода - девице даже думать о подобных вольностях не стоит - ворота дегтем измажут, хомут на шею наденут и прогонят по селу. Жизни учат...
Парням попроще. Но тоже свободы мало, в старозаветной деревне. Мальчишка выбрался уже из родной избы, пролил крови немерено на всех возможных войнах, мир увидел, возвращается мужчиной, а дома отец со своей единственно возможной правдой. Привык ремнем да кулаком слово свое подтверждать, если понадобится. А вот к возражениям не привык.
А тут бесовская напасть - собственный выкормыш не только супротив что-то говорит, ещё и руку в ответ на удар поднимает.
И жалко всех. Жителей нового мира меньше, они молодые, сильные, новый мир строят на одной вере и энергии. А стариков, которые дожив до семидесяти вынуждены наблюдать, как в клочья разносят их мир, не пожалеть невозможно. Хотя и в их мире каким-нибудь бедняком без гроша жить не хочется.
Наверное, в советское время финал должен был бы радостно восприниматься - Победа! Только вот кровью и тиной эта победа пахнет. И грустно от нее. Не понять мне, человеку из другой жизни, принцип всеобщего равенства во всем. Вроде бы и благое дело. А вроде и кулак кулаком стал не от того, что на печи валялся и горькую пил. Даже тот же самый Канашев крутится от зари до зари, чтобы каждую копейку сберечь и заработать.
Сложная эта история. И близкая. И пугающая. Меньше ста лет отделяют меня от судьбы Марьи, Паруньки или любой другой девки.
А еще очень вдумчивая книга. Удачливая что ли. Тем что не просто проглотить себя даст, а еще разбередит, покопаться в себе и в истории семьи заставит. И тем, что встретилась. Потому что, посмотрев на обложку, на название, описание - скорей всего не взялась бы за нее.
И упустила бы Историю. От которой оторваться не хотелось лишний раз. Не знаю, какие они - другие книги Кочина, но уже за одну эту свое место в плеяде советских писателей он заслужил.
За то, как он описывает жизнь русской деревни. С сожалением и нежностью. Как судьбу любимого младшего брата, которому не очень везло. Со знанием дела. Чувствуется, что сам писатель родился и вырос именно в одном из таких мест. И с верой в то, что теперь и правда будет лучше. Удивительно светлые ощущения остаются от его слов, несмотря на весь ужас, в них скрытый. И, тут меня никто не переубедит, так можно писать только о том, что ты искренне любишь.
Хорошо и с душой. Спасибо!