Рецензия на книгу

• 

  HegwerHaff21 июля 2015 г.

  «Не верьте им! Это обман! Болезнь моя только в том, что за двадцать лет я нашел во всем городе одного только умного человека, да и тот сумасшедший. Болезни нет никакой, а просто я попал в заколдованный круг, из которого нет выхода.»
  

  Чехов себе не изменяет: как всегда под небольшим очерком о куске заурядной общественной жизни скрывается едчайшая сатира и много острых вопросов о душе человеческой.

  Врач Андрей Ефимыч работает в грязной больнице в захолустном городишке, где никто не стремится улучшить жизнь больных, но думает лишь о своей наживе. Первое время его волнует вопрос: как мне поступить? Пытаться переломить хребет ситуации, чтобы совесть была чиста, или подчиниться общепринятому порядку, который вообще-то беспорядок, но все поголовно ему следуют? Тяжелая дилемма, которая для некоторых особей практически неразрешима — вот и для А. Е. она стала именно такой.

  Весь рассказ — плач о гнили, нас окружающей. Грязная больница как символ прогнившего общества, где никто не хочет что-либо делать, но рассуждать и философствовать горазд каждый. Да и философия эта — прогнившая. Зачем шевелиться и что-то менять, если всё равно умрём? Зачем стараться, если старания пропадут в общем хаосе, где каждый кивает на каждого, а сам отказывается двигаться в ином направлении?
  А ещё это плач об обществе, которое отказывается думать нешаблонно, по ненакатанному сценарию, потому что это больно, а иногда даже опасно. Чехов упорно давит на то, что окружение человека — крайне важная опция, которая формирует личность, иногда подминая её под себя, иногда ломая, но всегда оставляя возможность выстоять. И за эту возможность надо хвататься обеими руками, и надо меняться, а не ждать, когда жернова системы тебя раздавят.

  Врач у Чехова — бесхребетный человечишко, всю жизнь промаявшийся в подвешенном состоянии, без оформленной точки зрения и твёрдой позиции по отношению к окружающему его обществу и системе, и в конце этой самой системой задавленный. Несправедливо, но кто ж заметил-то?

  «Ему [A. E.] было обидно, что за его больше чем двадцатилетнюю службу ему не дали ни пенсии, ни единовременного пособия. Правда, он служил не честно, но ведь пенсию получают все служащие без различия, честны они или нет. Современная справедливость и заключается именно в том, что чинами, орденами и пенсиями награждаются не нравственные качества и способности, а вообще служба, какая бы она ни была. Почему же он один должен составлять исключение?»

  13

  186