Рецензия на книгу

• 

  WarmCat

  20 июля 2015

  За что ты любишь любимую? За то, что она есть.

  О чем ещё поговорить двум старым, во всех смыслах, друзьям, как не о делах прошлого? Вдвойне интересней вспоминать, если это дела сердечные. Ведь воспоминания – они как дурман, в них с удовольствием уходят с головой. Некоторые были бы рады в них остаться навсегда. Некоторые только там и остаются.

  Роман построен в форме беседы об ушедших днях двух умудрённых жизнью старцев. Он не велик, но Олдос Хаксли смог наполнить смыслом каждую его строчку, да так, как не всякому удаётся и при большем объёме.

  Этот роман о том, как оказались вместе Гений и Богиня. Извечный страдалец, нобелевский лауреат «редкостное чудо-юдо», в житейском плане ни на что не годный, витающий в облаках, и языческое божество, олицетворение жизни, всемогущее, всеблагое, всепрощающее, прочно стоящее на земле. Две противоположности, две крайности, два полюса, совсем разные, но притягивающие друг друга. Два идеала, сойдясь воедино, оплели ось главного героя, чей взгляд дал нам возможность их увидеть.
  

  
  Ось занудного двадцати восьмилетнего девственника, ось лютеранского воспитанника и маменькиного сынка, ось идеалиста в духе Петрарки.

  «Гений и богиня» рассказывает о том, как испытывалась на прочность эта ось. Как она шаталась и трещала по швам, а из неё восставал новый человек.

  Кто ещё, кроме богини, может покачнуть её? Кому, кроме гения, хватит силы низвергнуть богиню? Но какой вообще смысл в подобном существовании? Смысл есть, говорят нам.
  

  
  Смысл заключался в непосредственном контакте с животворящими мирами любви и сна. Смысл был в очередном приятии благодати.
  Философия, библейские цитаты, размышления о жизни и о человеческой сущности, любовь и эгоизм – вот то, что составляет «Гения и богиню», самый короткий среди романов Хаксли, но ни в чём не уступающий остальным. Говорить долго о нём незачем. Он не переливает из пустого в порожнее, а просто показывает эпизод из чьей-то прошедшей жизни, просто придаёт этой жизни смысл в наших глазах. Много смысла. Больше, чем нужно. Ведь, как сказал Джон Риверс, вся беда литературы в том,
  
  что в ней слишком много смысла. В реальной жизни никакого смысла нет.Разве что с точки зрения Бога. Или богини.

  4 понравилось

  0

  71