Рецензия на книгу

• 

  bastanall26 июня 2025 г.

  Всегда на одно блюдо больше — но всегда на одно сердце меньше

  Личность

  Главный герой умер так же, как жил — в полном экстазе от себя самого. А роман охватывает последние 48 часов его жизни. Я не сразу заметила, но нам так и не сообщили его имя — звали мэтром, мужем, отцом, дядей, учителем, хозяином, «этим надменным буржуа», иногда гением, иногда богом, кем угодно, но никогда по имени. Уже одно это говорит о книге всё. Сам о себе ГГ говорил: «Я величайший в мире гастрономический критик». Что ж, буду звать его Мэтром.

  Итак, близкий друг и лечащий врач в одном лице сообщил главному герою, что из-за проблем с сердцем жить тому осталось не больше двух дней. И на пороге смерти Мэтр пересматривает свою жизнь, особенно детство, особенно те моменты, что связали его с кулинарией и взрастили гурмана, — но он не цепляется за жизнь в ужасе перед смертью, пытаясь утвердить в последний раз собственную ценность, он не пытается обнаружить забытые грехи и покаяться, он просто ищет тот единственный забытый вкус — макгаффин, который был для него альфой и омегой всего, началом и концом его личности. А пока он впал в детство на смертном одре, близкие и знакомые с неоднозначным настроением встречают новость о близкой кончине гения, давая нам взгляд со стороны. Вот и весь сюжет книги — просто, не правда ли?

  Но ситуация на самом деле не простая. Главный герой всю жизнь тонул в любви к себе и в самолюбовании, и все его усилия тратились лишь на удовлетворение собственных потребностей — он эгоист и тиран, каких поискать. Он не хочет, чтобы гости беспокоили его перед смертью, ведь он занят поиском Того Самого Вкуса, но на самом деле почти никто и не хочет прийти к нему попрощаться: дети ненавидят его, внуки тоже, ученики, бывшие любовницы и подруги тем более; даже попрошайка на улице, узнав про близкую кончину богатого наглого буржуа, желает тому лишь скорейшей смерти. Искренне скорбят немногие: жена, что боготворила его, и кот, которого Мэтр, кажется, любил больше, чем свою жену.

  Спрашивается, что интересного в том, чтобы читать книгу о таком человеке? И, уж тем более, как можно любить её? Легко — настолько хорошо она написана (и переведена). Да, Мэтр может порядком раздражать, и даже к его манере речи поначалу трудно приспособиться. Тут главное помнить, что изъясняться так — его личная особенность, а не стиль автора. Насколько хорошо писательница передаёт через прямую речь особенности других персонажей (и насколько хорошо Нине Хотинской удалось сохранить в переводе с французского эти особенности) — видно уже из второй главы, рассказанной от лица консьержки в доме Мэтра, такой старой и такой ворчливой, что даже самый удачный портрет не смог бы этого передать, как передаёт её речь. Когда говорит Мэтр, я так и вижу вальяжного толстенного котяру, уверенно возлежащего посреди кровати и глядящего на окружающих как на своих удобных двуногих кожаных рабов. Просто в котах нас такое поведение почему-то очаровывает, а в людях раздражает. (Сам Мэтр сравнивал себя скорее с псом, чем с котом, у него когда-то был такой — далматин по породе и точная копия хозяина по характеру; но это детали.) Я решила воспринимать главного героя как кота (кота по кличке Мэтр, ага), поэтому он меня почти не раздражал.

  Хотя его равнодушие, почти жестокое, к собственной семье я так и не смогла принять. Да, он описывается как властный тиран, да, он тысячу раз сноб от мира кулинарии, да, эгоист, даже эгоцентрик, неспособный полюбить никого кроме себя и поставить на первое место ничего кроме своего удовольствия. И да, помимо высокой оценки собственной гениальности он высоко оценивает таланты других людей, особенно связанные с гастрономическим искусством — он меритократ. Он мог превозносить свою тётушку — глупую тёмную старую деву с полным отсутствием гигиены — только за то, что она виртуозно выращивала овощи; но детей своих, заклеймив бесталанными, не хотел ни любить, ни развивать — называя страшными, уродливыми подарочками от любимой жены (любимой, конечно, не в качестве человека, а качестве красивой вещи, которой он обладал).
  Глядя на это, я могла только жалеть, что его дети выросли недостаточно эгоцентричными — если бы они чаще ставили себя на первое место, если бы они чаще волновались о собственном удовольствии и счастье, они не выросли бы настолько забитыми, зашуганными, психически травмированными, хрупкими.

  Композиция

  Читать главы от лица детей Мэтра было особенно грустно. Уже после Лоры, его дочери, я задумалась, зачем же писательница выбрала такой способ рассказать историю? С самого начала было понятно, что это Бал Чревоугодия, где может быть только один Король — но что нам могут дать сокровенные мысли его подданных?
  Такая композиция — это приглашение к игре. Одна сторона показывает нам самые светлые, яркие или блистательные, уж всяко прекрасные моменты из жизни Мэтра; другая сторона показывает всё самое тёмное, грубое, злое, жестокое, что есть в нём. Мэтр умирает, поэтому надеяться на резкое развитие его личности нельзя — а значит, писательница приглашает нас стать судьями для протагониста. Мы как боги можем взвесить на священных весах все хорошее и плохое, чтобы судить: хорошим ли он был человеком? прожил ли он хорошую жизнь? и что на самом деле было истиной всей его жизни?

  Да начнётся заседание суда!

  Как я уже писала выше, одно то, что главному герою не дали имя, говорит о книге примерно всё. Ему не нужно имя — кто бы и что ни говорил, Мэтр всегда будет в центре мысли, разговора, истории. Он сам альфа и омега этой истории, он — бог. Не только он сам так считал, но и автор делает всё, чтобы мы с этим согласились.
  Эгоистичным и эгоцентричным тираном Мэтра взрастила собственная мать с её безграничной безусловной любовью, а дедушка с бабушкой помогли. Ребёнком он никогда ни в чём не знал отказа — а когда вырос, то выбрал себе жену красивую и пустую, как ваза, но любящую его безусловно и безгранично, как мать. Он был центром мира для них, эдаким избалованным Иисусом у Девы Марии и Марии Магдалины, просто единственным богом, которого он почитал, было его собственное Эго, стремящееся к удовольствиям. Сравнение не притянуто за уши, все близкие и знакомые сравнивают Мэтра и с богом, и со Святым Папой Римским в мире кулинарии, а сам Мэтр практически каждый приём пищи сравнивает со священнодействием. Один из учеников Мэтра сам себя называл Иудой — «нет, не предателем, конечно, но самозванцем», случайно попавшим на Тайную вечерю, где Христос передавал своё учение последователям. А вся книга — это исповедь в грехах, но не перед Богом, а перед едой.
  Но есть между Сыном Божьим и Мэтром одно существенное различие: второй никого не любил. Ну, кроме себя, картошки с подливкой, магазинного майонеза, эклеров, виски и десятков видов хлеба, а также своих пса и кота, но в качестве не еды, а воплощения себя.

  И вот такого героя Мюриэль Барбери отдаёт нам под суд. Чувствуете, как растёт ЧСВ? Моё взлетело практически до небес.

  Впечатление

  Что ж, книга мне понравилась из-за роста самооценки, но не только.
  Больше всего в том, как обрисована личность Мэтра, мне нравится всегдашняя эротичность и чувственность его суждений — но он не кажется женственным. Это важный момент, потому что женщины редко осмеливаются писать от лица мужчины (как и наоборот), опасаясь сделать своего героя недостаточно мужественным или хотя бы правдоподобно живым. Но у Барбери получилась на удивление цельная, уникальная, яркая личность — было бы интересно встретить такого человека в реальности. Впрочем, я бы не стала подходить слишком близко.

  Также это гедонистическая ода, посвящённая еде, но не только. Это погружение в самые вкусные и яркие моменты детства — кажется, так наслаждаться воспоминаниями может лишь тот, кто рос счастливым ребёнком. Но, если постараться извлечь самые счастливые моменты и забыть все плохие вещи, то наслаждаться сможет кто угодно — и это мне тоже нравится.

  А ещё это дебютный — первый и предельно искренний — роман Мюриэль Барбери. Впервые я прочитала его лет десять назад, вместе с другим романом («Элегантность ёжика»), и с тех пор Барбери вошла в число моих любимых писательниц. Спустя пару лет прочитала третий — и разочаровалась: ну чем вообще она меня зацепила?.. С тех пор «Лакомство» смотрело на меня с полки, не давая покоя, завлекая. Я стала перечитывать — и сразу вспомнила, что именно понравилось в первый раз: хотя портреты героев едва набросаны быстрой рукой, я вижу живых людей со своими уникальными личностями, чувствами и мыслями; хотя пробовала едва ли десятую часть упомянутых блюд, я чувствую такую же искреннюю любовь к еде, как автор и его герой; хотя Мэтр может раздражать, книга написана так увлекательно, что невозможно оторваться. В общем, не буду больше вас уговаривать, просто знайте, что это что-то хорошее.

  P.S. И кстати, будьте осторожны: найдите способ до «Лакомства» отведать самую вкусную трапезу, которую только сможете придумать, — иначе захлебнётесь слюной или пробудите столь зверский аппетит, будто в животе чёрная дыра.

  21 понравилось

  225