Рецензия на книгу

• 

  Booksniffer

  18 июля 2015

  Не претендую на справедливость сравнения, но в какой-то момент появилось ощущение, что мне в руки пришла - ни много ни мало - "Gone with the Wind" на материале русской революции. Есть у русских авторов такая особенность - они пишут про людей, а получается книга о судьбе России. Всё умничка Зайцев сумел: здесь и эпичность, и яркие образы, и две России, и упрёк, и скорбь, и коньяк в бокалах и в чайниках, и искусство, и христианство, и всё так уместно и туго, замечательно заплетено в одну косу. Я думаю, это потому, что подводит автор всё же человеческую судьбу не под христианство и веру, как это акцентировано в конце романа, а сводит он всё - к жизни, золотой, солнечной и многоцветной, и печально, потому что кажется, будто эти многоцветность и солнечность ушли из нашей литературы с концом Серебряного века.

  Но больше всего хочется говорить про язык. Как мало у нас сейчас настоящих авторов, живущих в природе, под небом с облачками и звёздами, с открытыми глазами, а главное, живущих в языке. Зайцев имеет дар творить языком, а не творить в пределах языка, обучая наши современные учебники и наших современных редакторов, возвращая языку не льстивый и выспренный статус "великого и могучего", а жизнь, трепет и чёткое, ясное и обволакивающее выражение человеческой души. У Бориса Константиновича стиль - золотой узор. Ах, как приятно приобщиться к настоящему, сильному и смелому, писателю, создающему стиль, а не заигрывающему с ним, чем с лукавой горделивостью занимаются и занимаются современные писатели, играя в искусство, сгребая лопаточкой, как за игорным столом, литературные премии. Как приятно было впитывать язык, не заср**ный, как тараканами, иностранными словечками, истерзанными штампами, уродливыми оборотами, к которым все привыкли, и незатинэйджерованный под влиянием наступающих армией безграмотных поколений. Становится понятно, что пока мы так и не заслужили литературы, а значит, и золотого узора жизни. Но у нас ещё осталась надежда возродиться. Может, и я увижу, как над страной снова заполощатся стяги, только на них будут не имена Толстого и Достоевского, а имена Зайцева, Гончарова, Арцыбашева, Садовского, тех, кому "природа... открывалась".

  12 понравилось

  0

  1,5K