Рецензия на книгу

• 

  sergey_and_books

  1 июня 2025

  «Новый опыт, новые мысли, новый я».

  В прошлом сезоне «Лицея» 21-летний Денис Дымченко стал самым молодым финалистом. Его довольно-таки крепкая повесть «Ропот» получила два спецприза и, скажу по секрету, очень впечатлила некоторых из нас в блогерском жюри (издатели, вы вообще где?). В этом году такой же яркой, но совершенно другой работой зумера можно назвать сборник Максима Симбирёва «Забытье». Симбирёву — 25, живёт в Саратове и пишет о таких же современных молодых людях из регионов — провокационно и экспериментально, где-то с откровенным подражанием, а где-то — с неподдельной искренностью.
  
  Открывает сборник повесть «Жертва». Дома у главного героя, семнадцатилетнего Максимки, парализованная бабушка и уставшая мама, которая вынуждена каждый день кормить больную с ложечки и менять памперсы. Максимка хочет убить бабушку, ведь она отнимает маму — у такого бедного и покинутого, который так старается быть лучшим и доказать, что он — не функция, а свободный человек. Однажды Максимку не пускают в квартиру, и он знакомится с тридцатилетней соседкой Соней, которая тоже ухаживает за больной мамой — и в этот момент в Максимке что-то переворачивается.
  
  В совсем небольшие для повести сорок страниц Симбирёв вмещает историю взросления со всеми необходимыми пунктами — разрушение привычного мира, неудачный секс, рефлексия пережитого и, наконец, внутреннее преображение. Максимка становится Максимом — вырастает из эгоцентричного мальчика в обыкновенного взрослого. Но тот внутренний стержень, который герой обретает в конце, оказывается не таким устойчивым — Максим понимает, что в его жизни всегда будет то, с чем он не сможет смириться никогда — пустотой, которая возникла у него внутри после смерти отца.
  
  Здесь «Жертву» Симбирёва можно сравнить с «Пинегой» Заборцевой, которая тоже вошла в шорт «Лицея». Оба произведения — о смерти родителя. У героини Заборцевой отец погибает от дрона, у Симбирёва — в Чечне. Только если героиня «Пинеги» теряет отца уже в сознательном возрасте, а потому на поверхности сюжета — бытовая подготовка к похоронам и рефлексия героини, то Максимка узнаёт о смерти родителя в семь лет — да ещё после спасительной материнской лжи. Поэтому главный «движок» «Жертвы» — психологический надлом Максимки, его «расщепление» на условно «взрослую» и «детскую» версии. Фигура отца, которого нет в семье, кочует ещё в два соседних рассказа сборника — «Рогатый» и «В День защитника».
  
  Другие истории сборника «Забытье», в основном, тоже о молодых людях. Талантливый писатель умирает, но даже смерть не спасет его от «культуры отмены» («Фиолетовый»); противник постмодерна наставляет бабушек на пусть истинный, а они — его («Чемпион по постмодерну»); парень из службы поддержки помогает старушке найти среди ночи некоего Фёдора Николаевича («Забытье»).
  
  Симбирёв умело жонглирует жанрами — от полноценных рассказов до крохотных зарисовок, от реализма до абсурда, но под конец все истории сливаются в одну. Отчасти это происходит потому, что голос в рассказах не меняется — те же интонации, те же мысли, отчасти — из-за всеохватывающей литературоцентричности, по которой можно с точностью сказать, какие у Симбирёва любимые авторы. Вот тут подмигивает Набоков с Чернышевским, а тут целый рассказ написан под влиянием Кафки, а вон и стилизация под Пелевина... Иногда голоса великих настолько громкие и очевидные, что порой заглушают голос самого автора, а интеллектуально неподготовленного читателя начинает укачивать.
  
  Но есть в сборнике «Забытье» Максима Симбирёва то, что нельзя подделать. Его герои — сегодняшние двадцатилетние, которые только пробуют жить, а потому совершают естественные ошибки. За один рассказ они, по законам драматургии, полностью меняются — иногда это перемена слишком уж стремительная, но в неё хочется верить. Когда дело касается не литературы, а самой жизни, Симбирёв, наконец, говорит с читателем на одном языке — и его хочется слушать. Вот тут-то и возникают, цитируя героя «Забытья», «новый опыт, новые мысли, новый я».

  4 понравилось

  146