Рецензия на книгу

• 

  WinterSunflower

  30 мая 2025

  Больше, чем Весна

  «Скажи, каково это жить, когда твоя любовь такая огромная и больше, чем весна…» (с) Zero People

  Белизна этих страниц режет глаза. Сиянием снега, осколками льда, как в старой сказке, будто тот, что попал в самое сердце так и не вытопили никогда. И можно больше не чувствовать холода, потому что давным-давно заморожен внутри. Послушный мальчик сложил ледяную «вечность», бессмертие, мать его, в мире, который теперь криокамера. И в этом мире уже никого не волнует понятие «человечность». В этом мире даже времени больше нет – всё замерло.

  Текст был набран простыми буквами без засечек, чёткий, обрубленный, точно сухие ветви. Точно клеймо на мертвецки-бледном лице человечества, чтобы впечататься в мозг и застрять там. Чтобы болеть не зашитым порезом, чтобы алеть, как горячая кровь на снегу. И шипеть, и пахнуть сырой землёй подтаявших по весне проталин. И быть живым, живее всего, что под снегом, таким пугающе достоверным. Но так и нужно было, наверное. И корешок по-прежнему оголён, как нерв, вот только подёрнут зеленью, как в апреле. Тепло и приветно, приветно и тепло на подкорке где-то, при виде зелёных стежков, продёрнутых между страниц. И как бы ни было страшно и холодно кажется, что ещё вот-вот и можно будет услышать пение птиц. Журчание ручейков. Звон долгожданной капели. Мы будем. Мы будем вместе. Мы точно дождёмся оттепели.

  Но, Боже, как это страшно, когда лишь один человек способен наворотить дел, от которых страдают сотни! С верой в свою правоту и непогрешимость, с комплексом бога за пазухой – принимать по три капли в день для поддержания чувства собственного превосходства. Страшнее того лишь поддержка, из корысти и страха, из внезапного единодушия и чувства странного духовного, пусть и калечного, но родства. Жутко до дрожи, до подкожных айсбергов, до тошноты и нежизни с поправкой на существование. А что, если завтра – нет. И никогда не будет. Или будет, но в холодильнике, будто ты рыба на полупустом прилавке. Выглядишь свежим и мёртвым одновременно. В пустоту вперив свои глаза, остекленевшие от ужаса и недоверия. Неверия в лучшее будущее, построенное на чужих слезах. И четвертуют тебя там без всякой пользы, никому не скормив, кроме тех сумасшедших и алчных, из-за кого ты туда вообще залезал.

  Страшно свидетельствовать и ждать. И это мерзкое чувство царапает изнутри на протяжении всего романа. Больно не мочь ничего и только терять. Больно быть просто жертвой, бездействовать, идти на поводу обмана. И, кажется, сколько потом бы ни было страшных последствий, они всё равно никогда не будут страшней, чем череда уже случившихся бедствий. Будто бы лучше тогда уж не жить вовсе, но ярко и громко взорваться в стратосфере общественной жизни, чем жить вместе со всеми, в ком больше нет ни надежды, ни веры, ни животворящей любви…

  Но нарциссы пробиваются из-под снега. Греет рядом тепло надежного, дорогого, бесценного человека. Герои с большой буквы есть друг у друга, а значит, всё ещё будет. Значит, улягутся вьюги, снег непременно растает, и прорастут цветы, хрупкие пророки вернувшейся в мир теплоты. Будет мартовская капель, а следом апрель и цветущий поющий май, так и знай. Будет любовь на земле безграничная, как вселенная и прекрасная, как океан. Потому что у тех, кто согласен бороться совершенно точно уже есть план. И каждый готов исполнить в нём свою роль. Но будут и горе и боль, будет свинцом в сердце гореть печаль, будут все те, кого бесконечно жаль. Жертвы, потери и пустота отчаяния. Нежеланное, но неизбежное с жизнью прощание. Параллельно с борьбой за неё же. За то, чтобы было всё же у кого-то счастливое завтра и родное, ласковое, дружеское всегда. Чтобы вечность была не гибелью, а любовью. Чтобы весна – весной. Весна – всюду. Весна, как символ непобедимости человечного. Только закрой глаза и представь, что всё это уже где-то есть.

  Эту книгу хочется просто обнять. И тихонько над ней поплакать. Вместе с ней даже. Потому что она – понимает. Она знает, как может быть тяжко. Ей знаком твой внутренний тяжкий крест. Но она убеждает в обратном, что ничто не проходит бесследно и ничто не безвозвратно. В сто концов убегают рельсы, самолёты уходят в рейсы, корабли снимаются с якоря. И любовь расцветает нарциссами, солнечными нарциссами и кроваво-алыми маками. Любовь вырастает до величины океана, входит из берегов, затопляет собой человечество, убивает его и воскрешает вновь. Уже не такое калечное, потому что все раны залечены известной давно панацеей по имени… да, любовь. Так вот, о любви и о жизни, весь этот честный роман. О том, что вместе – теплее, сильнее и не безнадёжно. О том, что весна возможна и будет подарена нам.

  - 2025, май

  4 понравилось

  2

  165