Рецензия на книгу

• 

  PavelMozhejko

  7 мая 2025

  !!! Данная рецензия часть общей рецензии на сборник "Утопия XIX века. Проекты рая" из серии "АСТ-Neoclassic" => (https://www.livelib.ru/book/1002986679-utopiya-xix-veka-proekty-raya-uilyam-morris)
  МОЯ РЕЦЕНЗИЯ НА САМ СБОРНИК ТУТ =>
  https://www.livelib.ru/review/5064814-utopiya-xix-veka-proekty-raya-uilyam-morris

  Англичанин Уильям Моррис широко проявил себя в разных сферах. Он был и дизайнером текстиля, и художником, и поэтом, и писателем, и активистом-социалистом. Он родился в богатой семье среднего класса, получил хорошее классическое образование в Оксфорде, где стал поклонником Средневековья. Благодаря дружбе с известными художниками-прерафаэлитами сам стал рисовать. Моррис основал известную фирму, специализирующуюся на декоративно-прикладном искусстве, сам разрабатывал дизайн гобеленов, обоев и тканей. Он во многом повлиял на дизайн интерьеров британских домов викторианской эпохи.
  Впитав философию Средневековья и христианскую этику, Моррис постепенно стал скептически относится к капитализму и перековался в проповедника социалистических идей. Он основал т.н. «Социалистическую лигу». Для Морриса были близки ценности рыцарства и чувство локальной общности у людей докапиталистического мира. Став текстильным промышленником, он лично увидел, в каких невыносимых условиях работают простые работники. Внутри него начал назревать конфликт, между отличной репутацией его фирмы, приносящей солидную прибыль, и ценой, которая была оплачена здоровьем и силами простых трудяг. Как сам он писал о себе: «Служу свинской роскоши богатых». Но одновременно он не спешил реорганизовывать свое предприятие в угоду социалистическим идеалам, и «выстилая под себя солому» говорил, что «невозможно управлять социалистической компанией в условиях конкурентной капиталистической экономики».
  
  Оформление первого издания
  Размышления Морриса о том, каким должен быть мир будущего, легли в основу вышедшей в нескольких выпусках журнала «Commonweal» в январе-октябре 1890 года утопии «Вести из ниоткуда, или Эпоха мира».
  …Уильям Гест засыпает после возвращения с очередного заседания Социалистической лиги, но просыпается уже в будущем. Он узнает, что мир вокруг изменился, теперь он основан на общей собственности и демократии. Вслед за частной собственностью исчезли большие города, институты власти, банковская система, деньги, институт брака, суды, тюрьмы, неравенство… Это мир романтической аграрной утопии, где люди находят удовольствие в простых вещах и труде на благо сообщества. Вместе с проводником Диком он совершает путешествие по Темзе, которое постепенно знакомит рассказчика с особенностями нового общества. Рассказ этот наполнен упоминанием конкретных мест в Лондоне и вокруг британской столицы и сравнением их с тем, как они выглядели в конце XIX века.
  В отличие от утопий своих коллег, направленных в будущее, Моррис рисует нам мир, устремленный в комфортную архаику, в сельскую идиллию, лишенную тяжелого производства и удивительных машин. Моррис предлагает читателю мир, в основе которого лежит естественная красота привычных вещей, гармония отношений, которая сведена к взаимодействию людей, а не людей и машин.
  
  John Lavery - Boating on the Thames (1890)
  В романе Моррис поднимает вопрос стимула к труду. Он считает, что если человек занимается любимым делом, которое он сам себе выбрал, то уже само это занятие, и результаты этого труда будут сами по себе достойной оплатой за усилия. Главное в труде тут удовольствие, им приносимое.

  
  «– А теперь вот что я хотел вас спросить: как вы достигаете того, что люди работают, и притом усердно, если нет платы за труд?
  – Нет платы за труд? – задумчиво повторил за мной Хаммонд. – Плата за труд – жизнь! Разве этого недостаточно?
  – Но нет награды за особенно хорошую работу, – настаивал я.
  – Целый ряд наград, – возразил старик, – радость творчества, например. Как сказали бы в прежнее время, это плата, которую получает бог. Если вы станете требовать плату за радость творчества, сопровождающую совершенную работу, мы, наверно, скоро увидим счета за зачатие детей.
  – Да, – усмехнулся я, – но человек девятнадцатого века сказал бы, что существует естественное стремление к деторождению и естественное стремление не работать.
  – Да, да, – сказал Хаммонд, – я знаю эту старинную шутку, плоскую и лживую. В наших глазах она лишена всякого смысла! Фурье, которого все высмеивали, понимал дело лучше.
  – Почему вы считаете это бессмыслицей? – спросил я.
  – Потому что тогда выходит, будто всякий труд – страдание, а мы бесконечно далеки от этой мысли. Как вы уже могли заметить, нам вдоволь хватает материальных благ, но среди нас растет смутное опасение, что вдруг нам не хватит работы. Труд – не страдание, а – удовольствие, которое мы боимся потерять!»

  Надо отдать должное остроумию автора и его колким шуткам, которые то тут, то там можно встретить в романе:

  
  «– Какова ваша политика? – спросил я.
  – Я рад, – ответил Хаммонд, – что вы задали этот вопрос именно мне. Всякий другой потребовал бы, чтобы вы объяснили, что вы, собственно, хотите узнать, и вас самого засыпали бы вопросами. Мне кажется, я единственный человек в Англии, который понимает, о чем вы хотите спросить. И раз я это знаю, я вам отвечу очень кратко: с политикой дело у нас обстоит превосходно – ее просто нет».

  Многие детали у Морриса похожи на те, которые изложены у коллег. Интересен взгляд Морриса на образование: он считает, что традиционные институты и школы исчезнут, а образование станет практическим и по существу, через конкретный опыт в выбранной ребенком сфере.
  Поскольку утопия Морриса является ответом на роман «Через сто лет» Беллами, то во многих вопросах она рисует противоположные картины. Так, шумному городу у Беллами противостоит деревенская пастораль у Морриса, экономике, основанной на бездушных машинах – благословенный ручной труд, технологическому усложнению среды – намеренное совершенствование традиции. Моррис писал:

  
  «Я верю, что так будет всегда, и умножение машин будет просто умножать машины; я верю, что идеал будущего указывает не на уменьшение затраченной энергии людей путем сведения труда к минимуму, а скорее на сокращение боли в труде до минимума, настолько, что она перестанет быть болью».

  Таким образом, автор выступает в роли социалиста-эпикурейца, а главная цель в его обществе будущего отнюдь не равенство, а атараксия (слово означает «отсутствие тревог», «безмятежность»).
  К сожалению, долгое путешествие рассказчика оказывается простым сном, но теперь, член Социалистической лиги знает, какие тезисы должны войти в его программу… А в его голове в это время звучит набатом напутствие:

  
  «Нет, так нельзя, ты не можешь быть с нами. Ты настолько принадлежишь несчастному прошлому, что даже наше счастье было бы тебе в тягость. Возвращайся теперь к своим. Ты видел нас, и ты постиг, что, вопреки непогрешимым догматам твоих дней, человечество ждет эпоха спокойствия. Она наступит, когда господство превратится в содружество, но не раньше. Возвращайся же и, пока ты будешь жить, ты будешь видеть вокруг себя людей, заставляющих других жить чуждой им жизнью, так как никто из них не дорожит по-настоящему своей собственной».

  Конечно, описанная Моррисом сельская идиллия выглядит отличной альтернативой бурной жизни стремительно развивающихся городов, но при близком рассмотрении, видно, что это всего лишь ностальгия аристократа о той эпохе, которая (он не мог этого не чувствовать) уходит вместе с XIX веком. Самое пугающее в этой утопии то, что у общества в ней нет стимулов для развития, это мир всеобщего счастья, которое сравнимо с отупением. Но если общество не развивается, то это не что иное, как застой, а он, в свою очередь, первый шаг к деградации.
  
  * Коммуна в Новой Гармонии. Видение Роберта Оуэна

  10 понравилось

  0

  1,3K