Рецензия на книгу

• 

  Michael_U30 апреля 2025 г.

  Не таков ведь Заратустра, чтобы каждого жалеть...

  К Ницше относились и еще многие относятся достаточно предвзято. Его философские труды были взяты на вооружение идеологической машиной немецкого фашизма, и в крайне упрощенной и пошлой форме преподносились как истины по построению нового мира с взращенными сверхлюдьми.
  Вышло так, что его идеи о сверхчеловеке и смерти Бога были приняты слишком прямолинейно и они были положены вместе с другими деструктивными идеями в фундамент обоснования того, почему одним можно уничтожать других.
  Однако это произведение наполнено не только новой для своего времени и дерзкой философией, но и поэзией слога, и может быть прочитано как хорошая литература без углубления в спорные утверждения и прозрения.
  Ницше пишет о новых людях, которые выражают непонимание того, для чего нужно быть добрым, и необходимо ли им вообще быть добрыми.
  Человек для Заратустры выступает в роли каната, натянутого между животным и сверхчеловеком. Заявляется, что человека уже недостаточно, пришло время пройти это промежуточное звено в развитие духа.
  Сверхчеловек по Ницше уходит из-под опеки подчинения старой морали. Провозглашаемая им смерть бога -это не оголтелый крик атеиста, а больше символ этакого взросления человечества, подготовка к переходу на новую ступень развития личной воли. Но и этот афоризм опошлили до низведения прямо-таки в глупость.
  Автор вкладывает в уста Заратустры приход конца традициям и детства человечества. Не нужны уже эти ходули для передвижения по жизни. Такие мысли герой- философ выводит из оригинального анализа предшествующей истории и предвидения ее направления. Во времена написания произведения европейский мир уже подвергся разложению декадентством, и он выдает модерн в чистом виде.
  Заратустра вещает, что человеку пора стать самостоятельным, окунуться в стужу независимой мысли, не доверять готовым ответам и авторитетам, а мыслить самому. Творить свой мир.
  Сверхчеловек Заратустры не действует по общепринятой надобности, а проявляют свою свободную творческую волю.
  Мир 20 века все больше переходил в инерционное движение, и приближался тот момент, когда должен был произойти переход к сверчеловеку.
  Но силы противодействия, зарождающемуся новому витку человеческой духовности, превращали на протяжение последнего времени понятие сверхчеловека в синоним фашиста.
  Ницше далек от национализма и его радикальных течений. Устами Заратустры провозглашается радость и жажда к жизни. Объявляется конец угнетению свободы воли и творчества.
  Культ здоровья и власти к которой призывает автор, являются властью желать и реализовывать. Сверхчеловеку необходимо самоутвердиться, и Заратустра прокладывает к этому путь, снимая наслоения старого мира.
  Несомненно, что топорное применение подобной философии может вылиться в кошмарные формы гиперболизации представлений о неравенстве целых наций и популяций.
  Но Заратустра выступает и в качестве пророка, говоря, что застопорить прогресс человечества надолго невозможно, и на сегодняшний день поступь сверхчеловека с молотом прогресса в руках ощущается все сильнее.
  Уходит постоянная оглядка на старые устои и идеи.
  И как говорил Заратустра: «Если вы хотите высоко подняться, пользуйтесь собственными ногами!»

  7

  583