Рецензия на книгу
Room to Dream
Дэвид Линч, Кристин МакКенна
shnur77714 апреля 2025 г.Обуздавший хаос
Наверное, имя Дэвида Линча вообще не нуждается в представлении. На текущий момент, слово “линчевский” стало общеупотребительным термином, обозначающим нечто, выходящее за границы понимания, но, в то же время, невероятно стильной, атмосферное, чувственное и эмоциональное. Немногие режиссеры со своим аутентичным и непростым для массовой аудитории стилем добивались такого признания. Можно сказать, что благодаря своему творчеству, Линч навсегда вписал свое имя в пантеон величайших кинотворцов всех времен. Однако, на самом деле, его мышление до сих пор полностью не раскрыто, также как и сама личность. Автобиографическая книга Линча в соавторстве с Кристином Маккеной призвана отчасти исправить это положение вещей.
Конечно, любой режиссер или творец, в своих произведениях выражает прежде всего и только по большей части, самого себя. Линч, в данном случае не исключение. Но его “Я” по-настоящему началось не сразу, а только после странного ритуала, которого он придерживался всю дальнейшую жизнь. Этим ритуалом стала медитация, послужившая не только идеологическим, но и материальным фундаментом всего его дальнейшего творчества. В книге очень ясно и подробно описано, что первые опыты медитации позволили ему справиться со стрессом и найти свой, единственно верный путь при производстве его кинодебюта под названием “Голова-ластик”. Фильм, снимавшийся не много ни мало почти два года, стал своеобразным экзаменом Линча перед входом во взрослую жизнь настоящего творца и автора, хотя далось это очень не просто.
Родные и близкие описывали его состояние как тревожное и раздражительное, он нередко впадал в ярость и выходил из себя. Робкие попытки в художественном творчестве не приносили ничего, кроме убытков, а производство фильма вылилось в одну большую проблему из-за грандиозности замысла и сложностей с его реализацией. Тогда, находясь в некоторой экзистенциальной яме, Линч неожиданно наткнулся на практику медитации, которая стала его второй религией. Довольно скоро, наладились не только его отношения с семьей, но и с коллегами. Все актеры, когда-либо работавшие с Линчем в один голос уверяют, что это, безусловно, самый комфортный, добрый и творческий постановщик из всех, которых они встречали. Он давал единственно точные и верные указания каждому артисту, знал как должна выглядеть сцена, понимал ее атмосферу и четко представлял порядок действий.
Фильм, как и следовало ожидать получил широкую огласку и стал культовой работой, опередившей свое время на десятилетия. Признанные мэтры кинематографа признавали его гениальность, поэтому Линч стал звездой большой величины. Однако тут его ждало новое испытание. Все понимали, что он великий артхаусный режиссер, освоивший малую форму, но никто не знал, способен ли он работать на больших студиях со звездами первой величины и строгими жанрами. Так, на свет появился его второй, уже студийный фильм “Человек-слон”, не только пять раз окупившийся в прокате, но и принесший создателям десять номинаций на премию “Оскар”. С того времени, Линч стал собой - мечущимся человеком не от мира сего, который не принадлежит ни андерграунду, ни поп-культуре, но только самому себе и, при настойчивом желании зрителя, всегда готов поделиться с последним частью своей мудрости.
Композиционно "Комната снов" крайне необычна и представляет из себя, свойственную Линчу экспериментальную идею о разборе всех событий его жизни и творчества с двух точек зрения. Сперва, биограф Крис Маккенна рассказывает о том или ином периоде его жизни, стараясь следовать фактам и датам, строго опираясь на источники, и лишь изредка вставляя те или иные оценочные суждения. Во второй же главе уже сам Линч, воспроизводя в своей феноменальной памяти те или иные события во всей многокрасочности описывает свою жизнь, и все, что в ней тогда происходило. Отметим, что он также не вдается в какие-то ученые рассуждение на тот или иной предмет, но ограничивается только описанием и данью уважения перед всеми участниками съемочного процесса. И меньшее, о чем он говорит, упоминает или разбирает -собственное творчество.
Вообще, после прочтения возникает острое чувство, что именно про творчество Линча не было сказано вообще ничего. Но это именно потому, что оно само создано таким образом, чтобы избежать каких-либо прямых трактовок или рациональных разбирательств. Фильмы Линча, как никакие другие во всем кинематографе подходят к нашему бессознательному ядру, к нашей животности, истинным страхам, сексуальности, порочности и святости. Можно сказать, что он старается везде показать эти эмоции как бы неприкрытыми, но, в то же время, сохранить всю их мистерию и таинственность. Каждый его фильм подобен шизофренику, упорно сопротивляющемуся лечению , который, на каждый сеанс психонализа, готовит новую порцию совершенно иных симптомов. Линч старается достать из нас того “сокровенного человека”, который заживо похоронен под напластованиями социальных ролей, личностных масок, чуждых его сущности желаний, обманчивой религии накопительства и так далее. Наверное, нет другого такого мастера психоанализа, который мог бы столь же искусно - слой за слоем освобождать в своих фильмах персонажей, где, под каждым следующим слоем скрывается еще более ужасная и неизведанная тайна бытия. В нашем мире абсолютной прозрачности, которую философ Жан Бодрийяр справедливо именует “прозрачностью зла”, такие творцы как Линч подобны глотку свежего воздуха в мире удушливой рациональности и бессмыслицы хаоса. Творчество Линча очень близко к его же практике медитации - пониманию и обузданию своих слепых страстей, а также к поиску некоего баланса, неуловимой грани внутри нашей собственной сущности, которая появляется только на стыке между безумием и разумом, вечностью и мгновением.
Пару слов стоит сказать о переводе и оформлении. О последнем можно говорить только хорошее - книга отпечатана очень качественно, черно-белые фотографии, в том числе семидесятых-восьмидесятых годов прошли отличную оцифровку и выглядят прекрасно. Более того, разделение по главкам, каждый из которых начинается и заканчивается с новых изображений, облегчает восприятие и позволяет всматриваться в фото снова и снова. Что же касается перевода и редактуры - нельзя сказать, что они ужасны, но вне всякого сомнения, это откровенно плохо. Возможно, сегодня уже не нужны настоящие переводчики и редакторы, которых можно заменить нейросетями, но количество опечаток переходит все мыслимые пределы. Более того, некоторые фразы построены в прямом противоречии с нормами русского языка, могут потеряться предлоги или прилагательные, поэтому нередко приходится самому додумывать - что тут вообще имелось ввиду. Это тем более прискорбно, что в остальном - книга просто выдающаяся. Как по оформлению, так и по содержанию, она аккуратно, без каких-то глобальных углублений в предмет, прошлась по жизни, идеологии, характеру, стилю и всем техническим аспектам съемок Линча, оставляя зрителя один на один с сокрушающей темной тайной его бытия. Ну и конечно, ценность книги выросла еще больше после ухода Линча из жизни, закономерного, но оттого не менее шокирующего события. Ведь казалось, что он последний из великих, способных перехитрить коварную смерть.
8114