Рецензия на книгу

• 

  Amelie5612 марта 2025 г.

  Искусство долго говорить о путешествиях

  Это самая скучная книга о путешествиях, что я читала.

  Когда я /диванный путешественник со стажем/беру в руки книгу с подобным названием, я ожидаю, что меня будут знакомить с удивительными уголками нашей планеты, ослеплять яркими красками. Автор мне представлялся ужасно интересным человеком, что будет водить меня за ручку, показывать на узкие улочки в каком-нибудь городе и рассказать о знаменитом писателе, что волшебно описывал их в своем дневнике. Чего я не ожидала, так это того, что меня будет несколько дней мучить человек из разряда тех самых путешественников, которые предпочитают занавеситься в гостиничном номере в ожидании обратного рейса домой. Который будет бухтеть, брюзжать и ворчать на всё вокруг.
  На Барбадосе, тропическом острове, слишком жарко /ну ничего себе!/, помимо пальм и океана там /о, ужас/ есть инфраструктура, что помимо господина Боттона на острове есть еще люди /как так!/, а в бунгало кондиционер слишком большой и бросающийся в глаза! В Амстердаме самое стоящее замечание - это о том, что в окнах нет занавесок, а еще где-то в трущобах есть кирпич, который похож на халву. В Мадриде и вовсе посмотреть-то не на что! Разве что на пустырь с заправкой и автомойкой /эка невидаль/. В Провансе оливы слишком приплющенные, а пшеница бесит. И вообще, что вы все нашли в этом Провансе?!

  
  Зато автор с нездоровым упоением будет целую главу рассказывать о том, как самолеты взлетают, летят среди облаков, а потом приземляются. Очень много экранного времени в главе "За экзотикой" уделять указателю в аэропорту:
  

  
  ... указатель с информацией о местонахождении стойки регистрации транзитных пассажиров и о том, как пройти к выходу и в зал ожидания. Этот указатель поразил меня.

  И даже посягнет на святая святых - в подражание Льву Николаевичу две страницы кряду будет описывать один невеслый дуб в дождливый день. Между этими утомительными историями герой философствует о природе путешествий и тяге к возвышенному, что интересовало меня отдельными пятнами.

  Но в этой бочке дегтя нашлась и ложечка меда:

  ➜ Автор напомнил мне о том, как давно я хочу почитать Гюисманса /правда пересказал половину книги Жорис-Карл Гюисманс - Наоборот , но после самолетов - это уже мелочи/.

  ➜ Очаровал и повеселил меня историями о Флобере. Его загадочной тягой к Востоку, влюбленностью в верблюдов и глубокой филосифией, что привела к не менее глубоким выводам о том, что "...мы являемся не просто духовными созданиями, но и живыми, а следовательно, писающими и какающими существами".

  ➜ Навел на мысли о давно заброшенном сборнике рассказов по мотивам картин Хоппера -  На солнце или в тени . Одурманил поэтикой придорожных кафе, ночных заправок и мрака гостиничных номеров.

  ➜ Заинтересовал меня /не большого ценителя поэзии/ Вордсвортом, его удивительными "Элегическими стансами, посвященными молочному поросенку", "Гимном стирке", "Сонетами, воспевающими чью-нибудь бабушку" или "Пиндарическими одами пирогу с крыжовником". Как удержаться и не побежать сейчас же читать всю эту прелесть?

  ➜ Заставил меня пожалеть, что я всё еще не добралась до писем Ван Гога -  Письма к брату Тео .

  ➜ И, что самое невероятное, рассказал мне о Ксавье де Местре и его поразительном путешествии по своей спальне -  Путешествие вокруг моей комнаты . Я не устояла и включила книгу в свой длинный список к прочтению, потому что не могу пропустить этого безумного путешествия от дивана до кровати, у которого еще есть и вторая часть - экспедиция к подоконнику!

  Вот и получается, что изобразительно-литературная часть этого произведения поистине прелестна, интересна и увлекательна. Но убери из книги Флобера, Хоппера и других видных деятелей искусства, и ты остаешься один на один де Боттоном и его занудством. Ален де Боттон интересен только тогда, когда напяливает соломенную шляпу Ван Гога или прогуливается по излюбленным местам Вордсворта, пытаясь разглядеть в окружающем мире то, что видели они.

  54

  336