Рецензия на книгу

Собачьи годы

Гюнтер Грасс

(0)

BooKeyman
22 февраля 2025
Учитель истории в универе рассказывал, что когда на вступительных экзаменах комиссия хотела завалить абитуриента, то могли прозвучать вопросы, типа сколько весит шапка Мономаха, и как звали собаку Гитлера. Отбросив недоумение и сарказм, всегда следует помнить, что история всегда творится в мелочах, и лучшим учителем истории является время, - так, Вальтер Матерн изучал надписи на стенах туалета, чтобы продолжать свою месть, полковник Аурелиано Буэндиа будет смотреть вперед, стоя у стены, в ожидание расстрела, - равно как и последний вампир Трансильвании, Николае Чаушеску, - истории повторяются, даже выдуманные, становясь реальностью. Гюнтер Грасс правильно распознал, как реальность меняется под давлением мелких бытовых деталей, которые со временем становятся смыслом и назначением истории. И смысла в истории Гюнтера Грасса по-буднично много: в последние годы войны Гитлер больше озабочен поиском пропавшего пса, а не обороной своего рейха; мучные черви предсказывают мельнику будущее; два друга, Вальтер и Эдуард, идут разными путями на ходе великой войны, а Харри Либенау безответно влюблен в блудливую кузину Тулле. Гюнтер Грасс дошел до той точки невозврата, когда пранк выходит из-под контроля, и становится пророком в своем отечестве.
....
В аннотации к книге было отмечено, что это произведение является широкоформатным полотном немецкого общества, но я скажу, что это пестрый гобелен, цветастый, ворсистый, насколько это позволяют языковые формы выражения. Собачьи годы - это третий роман Данцигской трилогии Гюнтера Грасса, и кто читал предыдущие романы, как-то Жестяной барабан и Кошки-мышки, тот увидит много знакомых персонажей и сюжетных линий, но эффекта дежа-вю и явных самоповторов в романе не будет. Фактически роман состоит из трех частей, описывающих суровые реалии довоенной, военной и послевоенной Германии, 20-50-е годы, целое поколение, и описано это достаточно ярко и объемно, - в отличие от остальных произведений цикла, автор больше прибегает к экспериментам в ходе изложения. Первая часть рассказывается от лица владельца шахты Браукселя, в которой мы знакомимся с детством Вальтера Матерна, простоватого деревенщины, и его друга, Эдуарда Амзеля, не лишенного талантов евремя, создающего прекрасные пугала. Эта часть, кроме всего прочего, довольно любопытный экскурс в историю Германии после первой мировой войны, в микрокосме деревни, достопримечательностью которой является мельница, в которой ночевала королева Луиза, после того, как ее армия потерпела поражение на поле боя. Здесь же начинается и отсчет псовой родословной, - от суки Сенты. И если вышеуказанный отрезок романа - это хроники Браукселя, то то вторая часть является пародией на эпистолярный жанр, письма Харри Либенау к своей кузине Тулле Покрифике, в которую он безнадежно влюблен, а сама Тулле отвечает взаимностью кому угодно, только не своему кузену Харри. Здесь уже показан период взросления и становления Матерна и Амзеля, после переезда из деревни в город, в каледойскопе новых личностей (на самом деле старых знакомых по трилогии). Заканчивается все обыденной трагедией военных лет, - Вальтер Матерн в составе банды нацистских молодчиков избивает друга, и убывает на войну. Третья часть романа названа просто, как Матерниада, о Вальтере Матерне, путешествующим по послевоенной Германии, и мстящим бывшим сослуживцам, как это можно, то есть избивая последних, занимаясь сексом с их женами и дочерьми. Его спутником неизменно оказывается пес Принц, некогда любимый питомец Гитлера, сбежавший от хозяина, и от которого безуспешно пытается избавиться сам Матерн.
Не надо быть великим чтецом, чтобы понять, о чем же нам хотел поведать Гюнтер Грасс, - об истории Германии, а конкретно немецкого народа в собачьи годы, с конца первой мировой войны до конца Второй мировой войны, показанной в проекции мировоззрения немецкого обывателя, хоть и в относительной удаленности от ужасов передовой, но именно здесь рождается катастрофа иного масштаба, узколобость, безумная простота и стремление переложить ответственность на другого, - все указано в личности Маттерна.
Гюнтер Грасс прокладывал свой путь в немецкой литературе, оригинальный и не всегда популярный, - едкий гротеск, пронизанный сценами на грани фола, это было как в Жестяном барабане, и в Собачьих годах в равной степени, но этот взгляд, пожалуй, был хоть и неортодоксальным, но единственно верным, - когда с подмостков трагедия не воспламеняет душу, приходит время балагана. "Германия примирилась с чувством вины, но что с чувством стыда?", - будто вопрошает роман. Катастрофа - это не только фронтовая мясорубка, она начинается с Вальтера Матерна, избивающего своего друга Эдуарда, а потом напрочь все стирающего с памяти, будто не только предательства, но и друга вовсе не существовало, и такая сделка с совестью не нова в литературе, такое проскакивало как в самой трилогии (Кошки-мышки с совестью), но и в мировой литературе (вспомнить горьковского Клима Самгина, а был ли мальчик), но в отличие т последнего, в Собачьих годах это приобретает более масштабный характер.
В романе Гюнтера Грасса гротеск вообще принимает порой безудержные формы (показателен случай, когда свя рамия ищет сбежавшего пса Гитлера), а порой, и пародии, - поток слов и ассоциации порой прорывается будто сквозь дамбу, и здесь уже писатель орудует извращенной формой философии в изложении своего "любимого" мыслителя Хайдеггера. Эта книга не потеряла своей ценности ни как назидание потомкам, ни как яркий литературный эксперимент, - избежав первоначального дискомфорта от сложных речевых оборотов, можно получить эстетическое удовольствие.
7 понравилось
0
239

Комментарии 0

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.

Рецензия на книгу

Собачьи годы

Гюнтер Грасс

(0)

BooKeyman
22 февраля 2025
Учитель истории в универе рассказывал, что когда на вступительных экзаменах комиссия хотела завалить абитуриента, то могли прозвучать вопросы, типа сколько весит шапка Мономаха, и как звали собаку Гитлера. Отбросив недоумение и сарказм, всегда следует помнить, что история всегда творится в мелочах, и лучшим учителем истории является время, - так, Вальтер Матерн изучал надписи на стенах туалета, чтобы продолжать свою месть, полковник Аурелиано Буэндиа будет смотреть вперед, стоя у стены, в ожидание расстрела, - равно как и последний вампир Трансильвании, Николае Чаушеску, - истории повторяются, даже выдуманные, становясь реальностью. Гюнтер Грасс правильно распознал, как реальность меняется под давлением мелких бытовых деталей, которые со временем становятся смыслом и назначением истории. И смысла в истории Гюнтера Грасса по-буднично много: в последние годы войны Гитлер больше озабочен поиском пропавшего пса, а не обороной своего рейха; мучные черви предсказывают мельнику будущее; два друга, Вальтер и Эдуард, идут разными путями на ходе великой войны, а Харри Либенау безответно влюблен в блудливую кузину Тулле. Гюнтер Грасс дошел до той точки невозврата, когда пранк выходит из-под контроля, и становится пророком в своем отечестве.
....
В аннотации к книге было отмечено, что это произведение является широкоформатным полотном немецкого общества, но я скажу, что это пестрый гобелен, цветастый, ворсистый, насколько это позволяют языковые формы выражения. Собачьи годы - это третий роман Данцигской трилогии Гюнтера Грасса, и кто читал предыдущие романы, как-то Жестяной барабан и Кошки-мышки, тот увидит много знакомых персонажей и сюжетных линий, но эффекта дежа-вю и явных самоповторов в романе не будет. Фактически роман состоит из трех частей, описывающих суровые реалии довоенной, военной и послевоенной Германии, 20-50-е годы, целое поколение, и описано это достаточно ярко и объемно, - в отличие от остальных произведений цикла, автор больше прибегает к экспериментам в ходе изложения. Первая часть рассказывается от лица владельца шахты Браукселя, в которой мы знакомимся с детством Вальтера Матерна, простоватого деревенщины, и его друга, Эдуарда Амзеля, не лишенного талантов евремя, создающего прекрасные пугала. Эта часть, кроме всего прочего, довольно любопытный экскурс в историю Германии после первой мировой войны, в микрокосме деревни, достопримечательностью которой является мельница, в которой ночевала королева Луиза, после того, как ее армия потерпела поражение на поле боя. Здесь же начинается и отсчет псовой родословной, - от суки Сенты. И если вышеуказанный отрезок романа - это хроники Браукселя, то то вторая часть является пародией на эпистолярный жанр, письма Харри Либенау к своей кузине Тулле Покрифике, в которую он безнадежно влюблен, а сама Тулле отвечает взаимностью кому угодно, только не своему кузену Харри. Здесь уже показан период взросления и становления Матерна и Амзеля, после переезда из деревни в город, в каледойскопе новых личностей (на самом деле старых знакомых по трилогии). Заканчивается все обыденной трагедией военных лет, - Вальтер Матерн в составе банды нацистских молодчиков избивает друга, и убывает на войну. Третья часть романа названа просто, как Матерниада, о Вальтере Матерне, путешествующим по послевоенной Германии, и мстящим бывшим сослуживцам, как это можно, то есть избивая последних, занимаясь сексом с их женами и дочерьми. Его спутником неизменно оказывается пес Принц, некогда любимый питомец Гитлера, сбежавший от хозяина, и от которого безуспешно пытается избавиться сам Матерн.
Не надо быть великим чтецом, чтобы понять, о чем же нам хотел поведать Гюнтер Грасс, - об истории Германии, а конкретно немецкого народа в собачьи годы, с конца первой мировой войны до конца Второй мировой войны, показанной в проекции мировоззрения немецкого обывателя, хоть и в относительной удаленности от ужасов передовой, но именно здесь рождается катастрофа иного масштаба, узколобость, безумная простота и стремление переложить ответственность на другого, - все указано в личности Маттерна.
Гюнтер Грасс прокладывал свой путь в немецкой литературе, оригинальный и не всегда популярный, - едкий гротеск, пронизанный сценами на грани фола, это было как в Жестяном барабане, и в Собачьих годах в равной степени, но этот взгляд, пожалуй, был хоть и неортодоксальным, но единственно верным, - когда с подмостков трагедия не воспламеняет душу, приходит время балагана. "Германия примирилась с чувством вины, но что с чувством стыда?", - будто вопрошает роман. Катастрофа - это не только фронтовая мясорубка, она начинается с Вальтера Матерна, избивающего своего друга Эдуарда, а потом напрочь все стирающего с памяти, будто не только предательства, но и друга вовсе не существовало, и такая сделка с совестью не нова в литературе, такое проскакивало как в самой трилогии (Кошки-мышки с совестью), но и в мировой литературе (вспомнить горьковского Клима Самгина, а был ли мальчик), но в отличие т последнего, в Собачьих годах это приобретает более масштабный характер.
В романе Гюнтера Грасса гротеск вообще принимает порой безудержные формы (показателен случай, когда свя рамия ищет сбежавшего пса Гитлера), а порой, и пародии, - поток слов и ассоциации порой прорывается будто сквозь дамбу, и здесь уже писатель орудует извращенной формой философии в изложении своего "любимого" мыслителя Хайдеггера. Эта книга не потеряла своей ценности ни как назидание потомкам, ни как яркий литературный эксперимент, - избежав первоначального дискомфорта от сложных речевых оборотов, можно получить эстетическое удовольствие.
7 понравилось
0
239

Комментарии 0

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.

Рецензия на книгу

Собачьи годы

Гюнтер Грасс

(0)

BooKeyman
22 февраля 2025
Учитель истории в универе рассказывал, что когда на вступительных экзаменах комиссия хотела завалить абитуриента, то могли прозвучать вопросы, типа сколько весит шапка Мономаха, и как звали собаку Гитлера. Отбросив недоумение и сарказм, всегда следует помнить, что история всегда творится в мелочах, и лучшим учителем истории является время, - так, Вальтер Матерн изучал надписи на стенах туалета, чтобы продолжать свою месть, полковник Аурелиано Буэндиа будет смотреть вперед, стоя у стены, в ожидание расстрела, - равно как и последний вампир Трансильвании, Николае Чаушеску, - истории повторяются, даже выдуманные, становясь реальностью. Гюнтер Грасс правильно распознал, как реальность меняется под давлением мелких бытовых деталей, которые со временем становятся смыслом и назначением истории. И смысла в истории Гюнтера Грасса по-буднично много: в последние годы войны Гитлер больше озабочен поиском пропавшего пса, а не обороной своего рейха; мучные черви предсказывают мельнику будущее; два друга, Вальтер и Эдуард, идут разными путями на ходе великой войны, а Харри Либенау безответно влюблен в блудливую кузину Тулле. Гюнтер Грасс дошел до той точки невозврата, когда пранк выходит из-под контроля, и становится пророком в своем отечестве.
....
В аннотации к книге было отмечено, что это произведение является широкоформатным полотном немецкого общества, но я скажу, что это пестрый гобелен, цветастый, ворсистый, насколько это позволяют языковые формы выражения. Собачьи годы - это третий роман Данцигской трилогии Гюнтера Грасса, и кто читал предыдущие романы, как-то Жестяной барабан и Кошки-мышки, тот увидит много знакомых персонажей и сюжетных линий, но эффекта дежа-вю и явных самоповторов в романе не будет. Фактически роман состоит из трех частей, описывающих суровые реалии довоенной, военной и послевоенной Германии, 20-50-е годы, целое поколение, и описано это достаточно ярко и объемно, - в отличие от остальных произведений цикла, автор больше прибегает к экспериментам в ходе изложения. Первая часть рассказывается от лица владельца шахты Браукселя, в которой мы знакомимся с детством Вальтера Матерна, простоватого деревенщины, и его друга, Эдуарда Амзеля, не лишенного талантов евремя, создающего прекрасные пугала. Эта часть, кроме всего прочего, довольно любопытный экскурс в историю Германии после первой мировой войны, в микрокосме деревни, достопримечательностью которой является мельница, в которой ночевала королева Луиза, после того, как ее армия потерпела поражение на поле боя. Здесь же начинается и отсчет псовой родословной, - от суки Сенты. И если вышеуказанный отрезок романа - это хроники Браукселя, то то вторая часть является пародией на эпистолярный жанр, письма Харри Либенау к своей кузине Тулле Покрифике, в которую он безнадежно влюблен, а сама Тулле отвечает взаимностью кому угодно, только не своему кузену Харри. Здесь уже показан период взросления и становления Матерна и Амзеля, после переезда из деревни в город, в каледойскопе новых личностей (на самом деле старых знакомых по трилогии). Заканчивается все обыденной трагедией военных лет, - Вальтер Матерн в составе банды нацистских молодчиков избивает друга, и убывает на войну. Третья часть романа названа просто, как Матерниада, о Вальтере Матерне, путешествующим по послевоенной Германии, и мстящим бывшим сослуживцам, как это можно, то есть избивая последних, занимаясь сексом с их женами и дочерьми. Его спутником неизменно оказывается пес Принц, некогда любимый питомец Гитлера, сбежавший от хозяина, и от которого безуспешно пытается избавиться сам Матерн.
Не надо быть великим чтецом, чтобы понять, о чем же нам хотел поведать Гюнтер Грасс, - об истории Германии, а конкретно немецкого народа в собачьи годы, с конца первой мировой войны до конца Второй мировой войны, показанной в проекции мировоззрения немецкого обывателя, хоть и в относительной удаленности от ужасов передовой, но именно здесь рождается катастрофа иного масштаба, узколобость, безумная простота и стремление переложить ответственность на другого, - все указано в личности Маттерна.
Гюнтер Грасс прокладывал свой путь в немецкой литературе, оригинальный и не всегда популярный, - едкий гротеск, пронизанный сценами на грани фола, это было как в Жестяном барабане, и в Собачьих годах в равной степени, но этот взгляд, пожалуй, был хоть и неортодоксальным, но единственно верным, - когда с подмостков трагедия не воспламеняет душу, приходит время балагана. "Германия примирилась с чувством вины, но что с чувством стыда?", - будто вопрошает роман. Катастрофа - это не только фронтовая мясорубка, она начинается с Вальтера Матерна, избивающего своего друга Эдуарда, а потом напрочь все стирающего с памяти, будто не только предательства, но и друга вовсе не существовало, и такая сделка с совестью не нова в литературе, такое проскакивало как в самой трилогии (Кошки-мышки с совестью), но и в мировой литературе (вспомнить горьковского Клима Самгина, а был ли мальчик), но в отличие т последнего, в Собачьих годах это приобретает более масштабный характер.
В романе Гюнтера Грасса гротеск вообще принимает порой безудержные формы (показателен случай, когда свя рамия ищет сбежавшего пса Гитлера), а порой, и пародии, - поток слов и ассоциации порой прорывается будто сквозь дамбу, и здесь уже писатель орудует извращенной формой философии в изложении своего "любимого" мыслителя Хайдеггера. Эта книга не потеряла своей ценности ни как назидание потомкам, ни как яркий литературный эксперимент, - избежав первоначального дискомфорта от сложных речевых оборотов, можно получить эстетическое удовольствие.
7 понравилось
0
239

Комментарии 0

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.