Рецензия на книгу

• 

  Radani

  27 января 2025

  Читала эту пьесу почти сразу после «Дон Жуана» Мольера. Вроде бы Дон Гуан (так, почти на испанский лад, называет героя Пушкин) здесь тот же распутник, убийца, лгун. Теперь ко всему прочему добавляется, что лежащий тут же в комнате мёртвый соперник вовсе не мешает ему (да и его даме сердца) заняться любовью. Но… он симпатичнее, чем мольеровский Дон Жуан. Как Пушкин сумел заставить ему сопереживать – загадка. Я понимаю, что те слова, которые он говорит Доне Анне – о том, что с ней он переродился, что он никого не любил до неё – он говорил и другим женщинам и это всё было лицемерием, потому что каждую другую он бросал ради новой цели. Должно быть, в пользу героя свидетельствует то, что он умирает с именей Доны Анны на устах – получилось, что он её не обманул и она действительно для него стала особенной, хотя бы и неожиданно для него самого.

  Слуга здесь другой, менее трусливый и более похожий на хозяина, даже поддерживающий его (когда Дон Гуан с сожалением вспоминает об одной из своих возлюбленных, Лепорелло хладнокровно замечает: «Что ж, вслед за ней другие были… А живы будем, будут и другие»). Впрочем, я слышала, что у героев-«вечных образов» обычно есть спутники (у Дон Кихота – Санчо Панса, у Гамлета – Горацио, у Дон Жуана в различных литературных обработках – то Сганарель, то Лепорелло, то Каталинон), причём качества хозяина и слуги вместе – качества первоначально одного образа, который впоследствии разделился на два.

  Есть ещё один довольно занятный образ – Лауры, чрезвычайно горячей девушки, у которой очень быстро чередуются «убью» и «люблю» - причём даже по отношению к одному и тому же человеку. Зато по-своему честная, говорит Дону Карлосу, что раньше любила Дона Гуана: «Мне двух любить нельзя. Теперь люблю тебя».

  9 понравилось

  0

  196