Рецензия на книгу

• 

  JewelJul3 апреля 2015 г.

  Колокольные перезвоны, праздничные, воскресные, постные, полиелейные, простодневные витают в воздухе над Оксфордом 2054 года. Рождество. Вот задал тональность благовест - сильный, но теплый Царь-колокол, баммммммм, это мистер Дануорти спешит на переброску, сегодня переносится в прошлое его любимая студентка Киврин Энгл. Вот, бам-бам-бам, бойко задает ритм подзвонный колокол, это неутомимая Мэри Аренс готовит Энгл к самому худшему, укол-прививка от тифа, укол-прививка от чумы, прокачивает Т-лимфоциты, напутствует, ободряет. Вот отбивает ритм сердца, па-бам, па-бам, четко и вместе с тем нежно, собственный колокол Киврин, бесстрашный и любопытный, он сегодня трезвонит с предвкушением познания, а как оно там, в прошлом, в Средневековье? А вот вступили зазвонные колокольчики практически трелями, динь-тирли-динь, неугомонный Колин, нежная Розамунда и бесовка Агнесс... Звони, звонарь, звони! Но, что бы ни случилось, звонарь, не выпускай веревку из рук.

  А случилось и еще случится многое. Вот кто бы ожидал увидеть такую мощную книгу под такой невзрачной обложкой? Что на ней можно разглядеть вообще, унылое коричневое нечто, а в центре серая апокалиптическая гравюрка? Вот так откроешь гравюрку, не особо ожидая чего-то, почитаешь немного, и будешь совершенно ошарашен, - таки бомбануло. Юмор, трагедия, фантастика, любовь, все смешалось в интереснейшую смесь.

  "Книга Страшного Суда" повествует о студентке исторического факультета Оскфордского университета с кафедры медиевистики, которую в рамках практики отправляют на две недели в прошлое, в 1320 год, встретить Рождество в компании, как ожидалось, крестьян средневековой деревушки. Надо ли говорить, что все пойдет не так, как задумано? "Попаданка", фи. Но, но, поговорите мне тут. Если все истории о попаданцах такие, я, пожалуй, теперь буду читать о попаданцах и только. Потому что неспешно, потому что неторопливо, потому что все детально и проработанно. Потому что зашкаливает градус напряжения. Потому что никогда ранее мне не было так увлекательно читать, как развиваются симптомы обычного гриппа, или как человек просто бежит по улице, или как приготовить отвар ивовой коры, или как несет параноидальную чушь профессор медиевистики, или как мальчик ждет подарки от мамы, или как мычит бедная недоеная корова. Конни Уиллис заставляет с открытым ртом читать описания банальных вещей, что уж говорить про необычные. Ее героиня Киврин - настоящий историк, не упускает ни одну мелочь:

  
  "Я, узревший столько невзгод, доверяю пергаменту все, чему сподобился стать свидетелем, дабы не поглотило время то, что надлежит помнить".

  Но на самом деле это все ерунда, это все не главное.

  А главное начинается ближе к концу, когда сюжет делает невероятнейший кульбит, и из неторопливой, бытоописательной истории о "попаданке" через гротескные приключения мечущегося туда-сюда профессора Даунорти в парадоксально вымершем рождественском Оксфорде (грипп! миссис Гаддсон! не хватает жидкого мыла!), автор резко выворачивает на мощную траурную колею, религиозную. Или антирелигиозную, как посмотреть. Потому что это книга еще и о чуме.
  

  
  "Ни одному человеку не под силу пережить такое, смотреть как дети и младенцы гибнут, будто скот; стаскивать трупы в канавы и забрасывать землей, волочить окоченевшие тела на веревке. Как <...> такое пережить?"

  Книга о Черной смерти, о синей хвори, о том, как вымирали целыми деревнями, поселками, городами. Процент смертности несложно нагуглить, так что нечего и ждать хэппи-энда, как можно было бы надеяться по довольно легкомысленному началу. Что это было? Что есть чума, что есть болезнь вообще? Это просто инфекция, переносимая невинными хорьками, крысами? Или все-таки кара небесная за грехи наши? Это такой всемирный потоп в виде бубонов и харканья кровью? И сколько нужно было согрешить, чтобы Он решил уничтожить по статистике большую часть населения Европы?

  
  "-Почему Господь нас так наказывает?
  

  • Это не кара, это хворь, - повторила я, но это не ответ, и Рош это знает.

  
  Вся Европа это знает, и Церковь тоже.
  Еще несколько столетий она продержится, сочиняя отговорки, но не сможет изгладить из памяти самое главное - что Он это допустил. Что Он никого не спасает."

  Но что бы то ни было, чума, эпидемия, снежный буран, или просто кончилась туалетная бумага, как бы жизнь ни крутила из веревок колючую проволоку, звонарь - не выпускай ее из рук, колокола должны звонить. Всегда. Хотя бы один. Хотя бы самый слабый. Без колоколов слишком тихо. Страшно.

  
  Это похоже на конец света.

  77

  808