Рецензия на книгу

• 

  imho-ho2 апреля 2015 г.

  Книга о судьбе одной из солдатских матерей - Епистинье Степановой.
  Ей выпало на долю проводить на лихие дороги войны всех своих сыновей. Домой вернулся лишь один. Девять раз выходила она за калитку, держась за вещмешок сына.
  Дорога из хутора 1-е Мая, что на Кубани, шла сначала полем, а потом забирала чуть в гору, и тогда человек в солдатской шинели был отчетливо виден. Так и запомнила Епистинья Федоровна своих сыновей—уходящими.
  Александр, Николай, Василий, Филипп, Федор, Иван, Илья, Павел и еще младший Александр—все они, кроме старшего Александра, погибшего в гражданскую войну, и Федора, павшего в бою с японскими захватчиками на реке Халхин-Гол, были призваны на Великую Отечественную.
  С матерью осталась дочка Валя. А Николай, единственный, кто вернулся с фронта, умер после войны от последствий фронтовых ранений.
  Все военные годы мать жила весточками от детей. И сыновья не забывали мать. «Скоро возвратимся в родные места. Заверяю вас, что буду бить оголтелую сволочь за родную Кубань, за весь советский народ, до последнего дыхания буду верен военной присяге, пока в моей груди бьется сердце... Мы закончим, тогда приедем. Если будет счастье»,— писал младший Саша, Мизинчик, так называли его братья. Он последним из сыновей ушел на войну.
  А потом писем не стало. Их не было от Павла, Филиппа, Ильи, Ивана... Так, в неизвестности, в тревоге и ожидании, пришел 1943 год — год тяжких испытаний.
  В 1943 году погиб Саша. Ему было двадцать. После окончания военного училища младший лейтенант Александр Степанов воевал на Украине. При форсировании Днепра у села Селище все бойцы его подразделения погибли. Тогда он, командир, один оставшийся в живых, зажав гранату в руке, вышел навстречу гитлеровцам... Посмертно Александр Степанов удостоен звания Героя Советского Союза.
  На Курской дуге погиб Илья. Под Днепропетровском сложил голову партизанский разведчик Василий Степанов. На белорусской земле могила Ивана. Пропал без вести один из защитников Брестской крепости, Павел Степанов. В фашистском концлагере Форелькруз замучен Филипп...
  Мать не сразу получила похоронки. Не надевала траурного черного платка, верила, что живы дети, только не могут подать весточки. Но шли дни, месяцы, а они не отозвались. Мать ждала писем от сыновей, а получила извещения об их гибели.
  Воз­вра­щаю­щие­ся с фрон­та ста­нич­ни­ки ми­мо ее ха­ты ста­ра­лись прой­ти по­бы­ст­рее. Ви­дя, как всмат­ри­ва­ет­ся она в про­хо­дя­щих, бы­ва­лые фрон­то­ви­ки опус­ка­ли гла­за, слов­но чув­ст­вуя свою ви­ну, что не убе­рег­ли ни од­но­го слу­жи­во­го од­но­сель­ча­ни­на из ро­да Сте­па­но­вых.
  Она жда­ла сво­их сы­но­вей. В шка­фу ле­жа­ли на­крах­ма­лен­ные ру­баш­ки, ого­род ждал па­ха­рей, двор - хо­зя­ев, в до­ме все на­по­ми­на­ло о де­тях, но де­ти не шли...
  Что пережила Епи­сти­нья, на­вер­ное, не смо­жет по­нять ни­кто. Как ей, по­те­ряв­шей в бу­к­валь­ном смыс­ле все, уда­лось до кон­ца сво­их дней со­хра­нить и доб­ро­ту к лю­дям, и от­зыв­чи­вость, и при этом не сло­мать­ся са­мой - та­кая же ог­ром­ная за­гад­ка. По­ис­ти­не ве­ли­ка ду­ша этой рус­ской жен­щи­ны.

  12

  271