Рецензия на книгу

• 

  Anya_Reads

  12 января 2025

  Неугомонный шмель

  Шмель жужжит в голове и заставляет следить за тем, что делают сверстники. Поэтому я, 24-летняя Аня, открываю книгу 25-летней Ани и читаю о том, как 24-летняя Вера страдает теми же неврозами, что и я.
  
  

  
  Я взяла случайную книгу с выкладки у окна — Тове Дитлевсен, ее я еще не читала. Я погуглила: первую повесть она издала в 1941-м, а родилась в 1917-м, если вычесть на калькуляторе одно из другого, получаются мои двадцать четыре. Я заерзала. Нужно было что-то делать. Увольняться, перестать тратить время.

  Верун — так её называет мама — девушка с вечно гудящей головой, в которой проносится тысяча мыслей в секунду. В ее голове живет шмель, живет с ней давно, с самого детства. Вере со шмелем привычно, но одиноко, поэтому, когда случается масштабная катастрофа, и жужжать начинает не только у Веры в голове, но и по всему Петербургу, шмель потирает лапки и радуется, разрастается, захватывает всю Веру целиком.
  
  Главная героиня — персонаж сложный, неоднозначный. Ее страхи и желание любви так близки и понятны, но ее поступки по отношению к другим злят и отталкивают. Невозможно простить ей то, как она поступает с Юлианной, самой терпеливой соседкой на свете. Юлианна — психолог, чья жизнь построена на расписании и ритуалах. В ее голове никаких шмелей нет, а Вере с такими людьми не по себе, ей хочется их растрясти, навести шороху в их спокойных черепных коробках. Несправедлива она и по отношению к бывшему мужу, которого разлюбила, лишь бы он не разлюбил ее первым. Утопая в болоте страхов, Вера никого вокруг себя не видит. Не замечает, что у других людей тоже есть чувства.
  
  Вместе с тем, Вера готова быть полезной другим. В экстренных ситуациях, привычная к атмосфере тревожности, она может спасать людей, если найдется кто-то еще, кто возьмет ее за руку и ринется в бой вместе с ней. Рушащийся мир — естественная среда обитания для нее.
  
  

  
  Он [шмель] мечтал, чтобы шмели были повсюду. Его тянуло в источник новостей. Меня тянуло вместе с ним. Я не была кровожадной. Я не хотела жертв. И даже он таким не был, просто мы оба хотели, чтобы каждый понял, как это — шмель, и это было не жестоко, а просто очень, очень эгоистично, но никуда от этого было не деться, потому что только в такие моменты я верила — не на словах и не на подставных мыслях, а по-настоящему верила, что меня любят. Мне кажется, только во время трагедий мы все друг друга любим.

  В мире, где всё спокойно, Вера жить не умеет. Она не знает, что делать, что чувствовать, где работать, кого любить, что носить. Ей всегда нужен кто-то, за кого можно ухватиться со всех сторон, чтобы существовать его мыслями, чувствами, привычками и вкусами. Оказавшись без мужа, она не может понять, какую туалетную бумагу купить и где хранить хлеб, а при покупке новых вещей нуждается во внешнем подкреплении. И как же мне понятна эта дезориентация в большом и страшном мире.
  
  Интересно прописана мать героини — женщина с тысячей и одним начинанием и магическим мышлением в придачу. Отсюда ли растут корни всех Вериных проблем? Постоянные страхи за жизнь матери, наблюдение за ее попытками реализоваться, ссоры до истерик, неверие в ее любовь. И вновь все проблемы из детства?
  
  После прочтения хочется как-то разложить эту книгу по полочкам, установить причинно-следственные связи, которые так любит наш мозг и так не любит объективный мир. Но события слиплись в один сплошной комок тревоги и беспомощности. Не знаю, могу ли я спокойно рекомендовать этот безумный поток сознания другим, ведь он пробуждает шмелей. Во мне один уже проснулся.

  10 понравилось

  713