Рецензия на книгу

• 

  Yumka

  31 марта 2015

  Иногда я думаю, что поэзия – это не то, что мы пишем, но то, что мы чувствуем.
  Миссис Хилбери

  За окном мерцает полуночная тьма с далекими проблесками желтовато-туманных огней, оконные стекла дребезжат от порывов разбушевавшегося ветра, где-то там снаружи землю покрывает мартовский неправдоподобно-белый снег, а я сижу в круге теплого света от настольной лампы и перелистываю последнюю страницу лучшего романа о любви, которое я читала за последнее время.

  Надо ли говорить, что мне совсем несвойственен такой стиль письма, и я, пусть и с некоторой иронией (столь очаровательной у самой Вирджинии Вульф), подстраиваюсь под стиль только что прочитанной книги? Прекрасной книги, поэтичной, тонкой, как паутинка, мерцающей в лучах рассветного солнца, на которой переливаются драгоценными камнями капли росы… Ох, ну вот, опять! Не говорит ли это, под каким сильным впечатлением от книги я сейчас нахожусь?

  Нет, буду серьезной, и напишу сейчас рецензию, после прочтения которой все сразу же ринутся в библиотеки, книжные магазины и файлообменники (боже, какое ужасное слово, совсем не в том стиле!) за романом «Ночь и день» непревзойденной писательницы (или все-таки поэтессы?) Вирджинии Вульф.

  Честно говоря, первая сотня страниц романа далась мне с трудом, я постоянно отвлекалась на внешние раздражители и никак не могла погрузиться в книгу с головой, а ведь именно такие книги, которые таинственным образом переносят в волшебный мир по ту сторону реальности, обычно заслуживают от меня наивысшей оценки. Но сроки сдачи рецензии для «Долгой прогулки» начали поджимать, И вот я, полная решимости довести начатое до конца, открыла роман вновь и… пропала на весь вечер, зачарованная волшебным слогом писательницы.

  Сюжет «Ночи и дня» – совершенно шекспировский, что, впрочем, сама Вульф, кажется, и не скрывает, а ближе к концу для особо непонятливых заявляет почти прямым текстом, отправляя мудрую миссис Хилбери в паломничество на могилу Шекспира в Стратфорд-на-Эйвоне. Если кратко, то (дальше особо ранимых сполейрами душам не читать): Уильям любит Кэтрин, Мэри любит Ральфа, но Ральф любит Кэтрин, а Кэтрин никого не любит, но обручена с Уильямом. Потом герои в совершенно шекспировском стиле обмениваются информацией о своих и чужих чувств, на сцене появляется кузина Кэтрин с опять же совершенно шекспировским именем Кассандра, и после ряда событий, которые напоминают «Сон в летнюю ночь» и прочие комедии непревзойденного английского драматурга, все заканчивается таким же шекспировским хэппи-эндом, итог которому две влюбленные парочки (так и быть, не скажу, кто именно), две помолвки и прочие атрибуты счастливой любви (и, как всегда, история умалчивает, долго ли и счастливо ли жили они в браке, обычно подразумевается, что таки да – долго и счастливо).

  Впрочем, на этом сходство с Шекспиром заканчивается, потому что если такой роман поставить на сцене или снять в кино, он потеряет львиную долю своей привлекательности, оставив лишь довольно (признаемся честно) банальный сюжет. «Ночь и день» – один из ранних романов Вирджинии Вульф (1919), когда она еще не успела отточить свой стиль «потока сознания», который во всей своей красе предстает, к примеру, в ее «Миссис Деллоуэй» (1925) и более поздних произведениях. И, возможно, в этом его преимущество для неискушенного читателя. Не слишком сложно и запутанно, но уже далеко за рамками простого повествовательного романа о любви – я бы назвала этот стиль «поэтической прозой», с тонким и зачастую мягко-ироничным психологизмом в описании мыслей и поступков героев (слишком и тонком и развернутым для прозы жизни). Это уже не суровый нарратив, но еще и не воздушная поэзия, нечто среднее и потому совершенно исключительное в своем роде.

  И, конечно, это вечные размышления о том, что же такое любовь, как ее узнать, что такое вообще наши чувства, как отличить иллюзию от реальности и нужно ли вообще эти понятия противопоставлять, ведь, может, иллюзия, создаваемая нашими чувствами, и есть реальность? Отчасти ответ на этот вопрос дает мудрая – подчеркну еще раз – миссис Хилбери (недаром я вынесла ее слова в эпиграф):
  

  
  Кто знает, куда мы идем и зачем, и кто направил нас, и что мы отыщем, – но твердо знаем лишь одно: любовь и есть вера. Любовь…

  5 понравилось

  36