Отзывы о книге Бойня №5
University_ding-a-ling22 марта 2015Хорошая была бы эпитафия для Билли Пилигрима. И для меня тоже. «Всё было прекрасно и ничуть не больно».
Курт Воннегут пишет отцу из немецкого плена в 1944 году. (Курт Воннегут пишет диссертацию по антропологии «Неустойчивое соотношение между добром и злом в простых сказках» в 1947 году.) Курт Воннегут пишет роман «Бойня №5, или Крестовый поход детей» в 1969 году. В последней фразе вступления Курт Воннегут пишет: «Этот роман отчасти написан в слегка телеграфически-шизофреническом стиле, как пишут на планете Тральфамадор, откуда появляются летающие блюдца. Мир». Эта фраза как бы даёт обещание: действие будет фантастическим и необычным. Так и будет. Первые страницы романа дают обратный эффект: суровое возвращение в реальный мир, где жили, живут и будут жить люди. Где жившие умерли, а живущие умирают или умрут. Так и будет. Если говорить просто, первая глава вводит читателя в курс всех дел романа. В ней собраны ответы на все «как?», «почему?» и «что происходит?», касающиеся появления на свет этого романа. Если говорить интересно, первая глава срабатывает как «миксер»: взбивая воедино оба уровня романа, фантастический и реальный, она закручивает читателя в воронку романа. Язык Воннегута – это лёгкость. Слова – пузырьки в бутылке газировки, метафоры – шутливые иллюстрации из детской книги, переклички фраз – рефрены из детских песенок… Калейдоскоп времён, мозаика действий, цветная пирамидка смыслов. Идеи Воннегута – это глубина. Смыслы и темы романа собраны в единое кружево, одинаково пригодное для свадьбы и похорон. Такие дела. Роман про войну (читай: против войны) – сложное дело. Он должен быть правдивым и ни в коем случае не романтизировать героев-солдат, не показывать войну красиво. Иначе «пойдут войны одна за другой. А драться будут дети, вон как те наши дети наверху». Приём, который использует Воннегут – постоянное напоминание о смерти, которая неразрывно связано с войной. Главным «рычагом» воздействия становится фраза: «Такие дела». Она повторяется после каждого упоминания об умершем человеке или о смерти вообще. Эффект слов «Такие дела» поразителен. Первую половину романа я не обращала на их постоянный повтор никакого внимания. Точно так же я пробегала глазами упоминания о смерти. Однако в какой-то момент будто бы вырабатывается рефлекс – каждое «Такие дела» вызывает в мозгу щелчок: «Снова кто-то умер». Начинаешь замечать малейшее упоминание смерти и каждый раз остро чувствовать её. Осознав это изменение в себе, переходишь на новый уровень: после каждой смерти ждёшь, как удара хлыста: «Такие дела». Смерть неизбежна. Это осознание незримо давит человека на протяжении всей его жизни. «Такие дела» − обычное явление, оттого и свыкаешься с ним так легко, пока дело не касается тебя самого. В попытках примирить читателя с неизбежным Воннегут вводит «фантастический пласт». Инопланетяне увозят главного героя, Билли Пилигрима, на свою планету Тральфамадор. Там Билли будет обитать в комфортных условиях зоопарка, посетители которого воспринимают мир в 4-х измерениях (в их числе и время). Тральфамадорцы видят время, «как вы видите сразу единую горную цепь Скалистых гор. Время есть всё время… Оно неизменно. Его нельзя ни объяснить, ни предугадать. Оно просто есть. Рассмотрите его миг за мигом – и вы поймёте, что мы просто насекомые в янтаре». Для тральфамадорцев не существует смерти: когда видишь момент во всех его временах, мёртвый просто «плохо чувствует себя» сейчас, но в прошлом он вполне здоров и бодр. «Такие дела», говорят тральфамадорцы. Согласно Википедии, все эти видения Билли Пилигрима – последствия посттравматического стрессового расстройства. Ещё один камень, брошенный Воннегутом в огород войны.
И Билли переживает временную смерть. Это просто фиолетовый свет и лёгкий звон. Больше там ничего и никого нет. Даже самого Билли Пилигрима там нет.
9 понравилось44
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым