Рецензия на книгу

• 

  letzte_instanz

  22 ноября 2024

  помнить, но двигаться дальше

  Я прочитала эту книгу уже давно, но до сих пор сижу и не знаю, какими словами выразить то, как зацепила меня история одной простой калмыцкой семьи, оставленной на попечение бездействующим бурханам и принадлежащей нестабильной руке советской власти. Сегодня — почитаемые граждане, завтра — враги народа, которым дорога только в трудовые армии, на рудники и в расход. Было ли такое в нашей истории? Было, свидетели живы до сих пор, и не важно, что там в современных исторических книгах пишут о счастливом советском прошлом.

  История эта начнётся с бедного калмыцкого парня Баатра Чолункина, а закончит её его внук Иосиф-Александр. Сквозь залитую кровью казацкую степь, сытую разноцветную Москву, дикую Монголию, культурный Ленинград, морозную Сибирь и пустынный Казахстан проведёт читателя Баатр, рассказывая о судьбе калмыков, которым всё же позволят вернуться обратно на родину, и будет это возвращение пропитано какой-то неизвестной доселе тоской. Временами в жизнь Баатра будет вмешиваться неизбежный и невозможный мистический фатум: будто ожившие степные божества протягивали герою свои вездесущие руки, прикрывая его от бед. Временами, напротив, эта книга настолько реалистична, что сцена с вознесением монаха на фоне всего остального текста кажется не к месту странной. Но потом принимаешь и её.

  «Улан-Далай» — это не просто семейная сага или исторический роман: это длинная лестница боли, на ступенях которой разбросаны капканы, в которые невозможно не угодить ни герою, ни читателю. Но вместе с революциями и войной здесь нашлось место детальному рассказу о жизни калмыков: религии, традициях, суевериях и обрядах, которые менялись с течением времени, преобразовывались во что-то иное, изживали сами себя или вовсе исчезали бесследно. Извечные домохозяйки превращались в работающих советских женщин, вольных выбирать себе судьбу и мужа (хотя и с оглядкой на традиции: вспоминается сцена с покупкой отреза ткани в качестве предложения руки и сердца). Мужчины шли наперекор вековым традициям, если считали, что для их семьи так будет лучше.

  Книга написана так, будто Наталья Илишкина в писательстве уже лет сто, хотя на деле это её дебютный роман. И сразу — вот так. Конец «Улан-Далай» вроде бы светлый — герой жив, несёт калмыцкие гены и историю семьи дальше по течению жизни. Но всё, что осталось — это полусгнивший дверной косяк и смутные воспоминания.

  37 понравилось

  0

  1K