Рецензия на книгу
Машенька
Владимир Набоков
dkatya5 февраля 2015 г.Перечитала (на самом деле переслушала) первый роман, которым я открыла для себя Набокова в самом начале 90х. Удивительно поэтичный , пронзительно нежный и грустный рассказ об эфемерной сущности наших воспоминаний, о невозможности вновь испытать пережитое.
Ганин, молодой человек, влачащий серенькое эмигрантское существование по чужому паспорту в Берлине 20х, вдруг узнает, что в город должна приехать его первая любовь. И вся его жизнь вдруг преображается - он будто заново рождается, и хотя для окружающих он остается тем же добрым малым, что и раньше, происходящая внутри него работа изменяет его до самого основания. На протяжении нескольких дней Ганин вновь - мгновение за мнгновением - переживает свой дачный роман с Машенькой, последнее лето своей юности, когда кажется, что ничто на свете не сможет замутить того кристально чистого ощущения вселенского счастья, которое присуще только молодости.
Едва начав читать Набокова, сразу понимаешь, что он вовсе не мастер голливудскоого финала и хеппи-енд тут неуместен. И все же меня до глубины души потрясло то, что конец роман совсем не трагичен. С анатомической точностью Набоков анализирует ощущение человеческого счастья, и приходит к выводу, что ощущение это глубоко субьективное, и его соотношение с обьективным миром и его обитателями - лишь иллюзия. Именно поэтому, как сказал один советский поэт
Никогда
Ничего не вернуть,
Как на солнце не вытравить пятна,
И, в обратный отправившись путь,
Всё равно не вернёшься обратно.Наши переживания, подобно романам (которые, кстати, тоже являются переживаниями), имеют начало и конец. Роман можно перечитать, но невозможно дописать.
С особенным удовольствием слушала то, что как-то прошло мимо в прошлый раз - описание эмигрантского круга Ганина. Конечно, турбулентное начало 20 века не пощадило никого ни по ту, ни по сю сторону баррикад. Не пощадило и тех, кто вообще на баррикадах не стоял. И вот Набоков показывает нам эту сборную солянку эмигранских судеб ( а эмигранты, как я теперь понимаю, всегда представляют собой сборную солянку) - и хотя все они живут в новой реальности, у каждого из них прочно засели в душе старые обиды, и надежды, и амбиции, и неверный, иллюзорный образ России, которой больше не существует, и которой , возможно, никогда и не существовало вовсе... Вот так и живут, не в силах отделить реальность от иллюзии, живут продажей своих "теней" (так Набоков образно называет участие русских статистов в кино-массовке).
Потрясяющая книга потрясающего писателя.1015