Рецензия на книгу

• 

  Primula21 августа 2024 г.

  Я-никто, и зовут меня никак

  Книга несколько лет лежала в више, и если бы не игра KillWish, ещё долго бы лежала, поскольку война во Вьетнаме - как-то очень далека и ментально, и территориально, и уже временно́. И начало мне далось ох, как непросто, поскольку было не понятно кто есть кто. Почему главный герой рассказывает историю из тюрьмы? Кто он? Но постепенно картинка "сложилась": главный герой, имя которого так и осталось неизвестным, служит адъютантом у южновьетнамского генерала, при этом являясь агентом коммунистов. И вместе с семьёй генерала и ещё многими другими беженцами с вьетнамского юга перед падением Сайгона бежит в США. Здесь будет новая жизнь, в которой, увы, не сможет он найти себя, как и многие другие. В конечном итоге он снова окажется во Вьетнаме - в тюрьме, где многое расскажет о себе, многое переживет и многое переосмыслит.

  Наш герой, называющий себя Сочувствующим, по большому счету - никто, как бы не совсем вьетнамец (он незаконнорождённый "полукровка" - отец его был французским католическим священником, соблазнившим молоденькую вьетнамку-служанку), не революционер, не коммунист... Он вынужден плыть по течению, поскольку обстоятельства складываются так, как они складываются.

  Роман сложный, многопластовый, он о войне и мире, о дружбе и любви, о преданности и предательстве, о вере и неверии, о Западе и Востоке. Здесь досталось всем: и французским колонизаторам, и американцам, которым "есть до всего дело", и самим вьетнамцам.

  Текст достаточно длинный, очень плотный, непростой, без выделения диалогов, но при этом богатый, обильно сдобренный цитатами - настолько образными, что задумывалась о тегах, когда их добавляла здесь на сайте, а тон повествования менялся множество раз от эпичного, иногда лиричного до ироничного и циничного. Переводчику Владимиру Бабкову - однозначно "браво"! Представляю, как ему было непросто.

  Книга имеет открытый финал, и поскольку я знаю, что есть продолжение уже добавила в виш.
  Вьет Тхань Нгуен - Преданный
  Книга, кстати, вошла в оба списка лучших книг первой четверти ХХI века по версии как экспертов, так и читателей NYT.

  24

  922