Рецензия на книгу

• 

  likasladkovskaya5 декабря 2014 г.

  Мы разные - в этом наше богатство, мы вместе - в этом наша сила!

  
  Эта книга учит человечности.
  По какой-то причине так называемый цивилизованный человек уверен, что он стоит выше других и потому имеет право решать судьбы примитивных по его мнению народов, говорить о их дикарстве и бесчеловечности, хотя дай Бог видел их, кроме как на картинках, с палубы корабля, где получил дозу адреналина, проплывая вдоль селений чукч и эскимосов, покуривая трубку и снисходительно улыбаясь.
  Обидеть нетронутого ''цивилизацией'' северного жителя, все равно что выместить злобу на ребёнка.
  Именно о смелых, мудрых и чистых сердцем жителях девственных льдов пойдёт речь и в книге. И об удивительном человеке, канадца по происхождению, Джоне Макленнане - реальной исторической личности, повсвятившей свою жизнь чукчам. Нет, не на месяц ради экстрима, не на зиму с целью этнографических исследований, не на год во имя гуманизма и собственного имени, прописанного в учебниках истории, на всю жизнь приехал белый в тундру и сросся с этим племенем.
  Очень интересно читать о быте, языке, характера, особенностях семейной жизни, кухне малых народов. Но книга также заставляет задуматься, правильно ли мы поступаем, горделиво смотря на них, веря, что мы-то умнее, развитее. Да, мы грамотны, знаем языки, учимся в университетах, но боимся даже морозов в -10, кутаемся в плед, пережидая отключение электричества и сетуем, если ближайший магазин оказался закрыт. Им приходится отвоевывать у природы каждый клочок земли, скудную пищу и они верят, что самые счастливые. Мы не хуже их, они не хуже нас. Просто мы разные. Все мы делимся на тех, кто стал человеком, а значит человечным, и тех, кто остался на уровне удовлетворение базовых потребностей, ради чего готов отнять, охватить, откусить от другого.
  В обществе, где не живут, а выживают, сохранилась человечность, у чукчей все общее, они щедро делятся добытым и помогают товарищам. У них нет власти, но есть советы, где решаются важнейшие проблемы общины. Сквозь узкие глаза им виден мир, намного обширнее нашего. Они мудро смотрят на жизнь - эти дети природы.
  

  
  
  

  Люди чаще собираются на веселые сборища, чем на священные жертвенные обряды, и человек начинает верить, что он самый сильный и самый умный и что он единственный хозяин на земле. До поры до времени все так и бывает. А потом природа, Наргинен, Внешние Силы, убирают все лишнее — людей, которые народились не по нужде, а от похоти. Они насылают болезни, голод, уничтожают запасы еды, рождающие лень у человека. Вот таким ураганом Внешние Силы уносят все, что может поставить человека выше их… Наргинен как бы напоминает: я здесь хозяин, и только по моей милости человек живет здесь…

  Не зря говорят: ''со своим уставом в чужой монастырь не лезь''. Нам кажутся нелепыми их обряды, глупыми - движения, странными - действия, абсурдной - сама жизнь. Но то, что не поможет нам, помогает им.
  Рассуждениями о взаимопонимании и всеобщем братстве, при чем не только людей между собой, но и людей с животными ''Сон в начале тумана'' напоминает Гессе ''Европееец'' .
  Также есть размышления о революции, Рытхэу изображает приход Советской власти на доселе неизведанные земли Чукотки. Лично я за эволюционный путь развития, но несмотря на несколько просоветской настрой произведения, интересно было взглянуть на то, как происходила революция в душах людей, именно психологичность отличает эту книгу, понятие революционных событий в глобальном масштабе подано тут лишь слабым пунктиром.
  Завораживающее, глубоко поэтическое, подернутое дымкой произведение.
  Очень советую провалиться в снег, согреть горячим дыханием узоры, заботливо оставленные морозом на окне, почувствовать как покалывание в пальцах жаром переходит на щеки, а затем ощущается приятная немота, чтобы потом заслуженно пить чай с имбирем и медовыми пряниками и прочесть о простой незатейливой жизни, отмеченной духом подвижничества. О людях, для которых снег - не чудный ковёр под Новый год, а суровая реальность. На шаг приблизиться к познанию жизни, к пониманию, что истинно, а что ложно.
  

  59

  878