Рецензия на книгу

• 

  pororo

  21 октября 2014

  Моя прошлая рецензия оказалась в некотором роде пророческой. Это был октябрьский тур «Долгой прогулки» и моя личная еврейская осень, прошедшая под надзором братьев Ашкенази Зингер. Мазохист внутри меня надеется, что к ноябрю организаторы игры обнаружат где-нибудь третьего брата и подарят мне возможность собрать личный осенний еврейский джекпот.
  Я прочитала не просто роман, а притчу, сюжет которой развивается по траектории падающего с высоты мяча. Читатель знакомится с люблинским фокусником Яшей, когда тот на пике своей удачливости, и имеет возможность подсмотреть все подробности его падения, которое, в конечном счёте, и не падение вовсе. И этот еврейский Раскольников горько кается в преступлении, которое он лишь попробовал совершить.
  Проблема люблинского штукаря в том, что он ни во что не верит, а в собственной исключительности не сомневается. Любимец женщин, уважаемый человек среди воров, умелец по части различных фокусов, гипнотизёр, он бесконечно уверен в себе и знает, как всё будет наперёд. Он – право имеющий, пока случай жёстко не возвращает его с небес на землю. И тогда кающемуся еврею ничего не остаётся, как заживо похоронить себя в кирпичной будке в попытке найти прощение и место где-то там. Но шутка в том, что и здесь фокусника догоняет слава и признание. Яша талантлив во всём, так же как и во всём радикален. И эта несгибаемость, стержнем поддерживающая моё положительное мнение о герое, вызывает удивление и восхищение.
  Достоевский так точно и подробно описал горячку человека, совершившего преступление, что попытки Исаака Зингера описать её же ввергли в пучину ностальгии, а потом уже в саму атмосферу лихорадки. И мне, читателю, трудно осознать, где заканчивается авторское и начинается додуманное, но это не делает всё происходящее менее реалистичным.
  В отличие от романа «Братья Ашкенази», остовом которого было еврейство, роман «Фокусник из Люблина» мог бы приключиться с любым, ведь Исаак Зингер играет на сравнении одного с другим, а не на конкретике. Яша выбирает между своей и чужой верой, женой и любовницей, родиной и заграницей, грешной свободой и искупляющим заточением. И в данном контексте совершенно не важны отправные точки этого выбора. Главное, что у героя хватает сил, а может и слабости, его сделать.

  10 понравилось

  1

  403