Рецензия на книгу

• 

  rebeccapopova25 марта 2024 г.

  Мы все — словно одна большая семья

  Могу отметить очень интересную сюжетную задумку, когда несправедливо вроде бы обвиненного возвращают назад — к тем, кто фактически его обвинил и кто и сейчас до сих пор негласно уверен в его виновности. В то самое место, где было совершено преступление, и где, возможно, бродит настоящий преступник.

  Главная героиня Хайпер буквально раздваивается: она и к несостоявшейся преступнице проникается сочувствием, и опасается ее, и пытается уверить всех остальных соседей, что она своей компаньонке не доверяет, и опасается какого-то другого неизвестного возможного преступника.
  Периодически Хайпер спрашивает себя, следует ли ей бояться своей компаньонки Рубби или же бояться ей нужно, наоборот, ЗА Рубби?
  За это самое «и нашим и вашим» ее компаньонка Руби называет Хайпер «хамелеоном».

  Отличительные особенности стиля Меган Миранды:
  

  • Очень поэтичная, словно бы «говорящая сама за себя» атмосфера повествования, насыщенная видео-впечатлениями, звуками, запахами и одновременно — возникающими на фоне этого всего мыслями и, что важно, воспоминаниями героини. В данном случае это атмосфера коттеджного поселка служащих местного университета на берегу озера с внешне дружелюбными вроде бы обитателями, в котором - как иногда кажется героине (особенно с наступлением темноты) - растворено некое неосязаемое зло.
  • События прошлого представлены не специально выделенными солидными кусками флэшбеков, а как бы отдельными деталями, оно встроено в общий поток сознания героини. Со временем — в свете более поздних событий - прошлое проступает все более явственно — одновременно с тем, как и самой героине становятся более понятны многие ранее незамеченные детали.

    Сеттинг общения между соседями вообще крайне интересный.

  
  Здесь, перед соседями, мы не стеснялись открыть в себе стороны, которые скрывали от коллег и знакомых. Вот так мы выглядим в пять утра, когда приезжает машина за мусором. Во столько-то ложимся спать. Ведем такую-то жизнь. Нас вполне можно назвать семьей: мы знаем распорядок друг друга, знаем, кто к кому приезжает, у кого какие слабости. Знаем, кто опоздал на работу, а потом еще соврал о причине. Замечаем, чьей машины нет вечером в обычное время... Слышим споры из открытых окон и задних двориков. При этом мы вовсе не подглядываем или подслушиваем: скорее, мы - доверенные лица.

  57

  462