Рецензия на книгу

• 

  Loley13 сентября 2014 г.

  Где-то примерно с год назад подруга посоветовала мне одну из книг Джоджо Мойес, которая ее потрясла и шокировала. Меня впрочем тоже, но не суть. С тех пор я использую эту писательницу как огромный сгусток энергии. Эдакий детонатор, способный снести вместе с корнем зародыши лени и нежелания читать. Не знаю, почему так к ней отношусь. Почему женщине, чьих прочитанных мной книг и десяток не наберется, так безгранично доверяю. Но ни разу это доверие не оказалось неоправданным. И сегодня вновь и вновь готова подписаться под собственными словами.

  Незамысловатый и легкий, простой и сердечный, добрый и милый роман о любви с лихвой вернул мне мой уютный мирок, основой которого служит непреодолимое желание впихивать в себя эти буковки, давиться ими в любую свободную минуту времени.

  
  Это история о встрече двух одиночеств…

  У Мойес нет сногсшибательных виражей сюжета, потрясающе красочного слога и уникального стиля письма. Ее заслуга в другом. В выписывании каждого своего героя так, что не остается равнодушия. Все они лично для меня делятся на две неравные группы: те, кому я очень симпатизирую; и те, кто раздражает до зубного скрежета. Первых больше. Автор не обеляет их, не цепляет нимбы на головы, не клеит крылья за спиной. Но сама видит в них больше хорошего. И умеет донести это видение до аудитории.

  
  Джессика Томас вполне уловила иронию того, что потеряла лучшую работу в своей жизни из-за бриллианта. Не потому, что украла его, а потому, что не крала.

  Джесс - типичная такая, замотанная жизнью разведенка. Вытягивающая на себе дом, собаку размером с небольшого слона и двух сложных подростков. Для этого ей приходится забыть о том, как она выглядит; о том, что такое качественный секс с противоположным полом; да и о противоположном поле тоже забыть. Ибо бывший ее - ленивый и жадный козел, а других родственников, способных обогреть деньгами, как бы нет.

  
  — Только этого не хватало. Еще один рот.
  — Он мой пасынок.

  Никки - своеобразный мальчик-гот, не вылезающий из узких штанов и старательно подводящий глаза каждое утро. Это такое самовыражение. За которое Никки изо дня в день получает пендюлей от других ребят, что тщательно, но безуспешно, пытается скрыть от мачехи. Поэтому между собой эти двое почти не общаются.

  
  — Я люблю только математику, — сообщила она. — И собак.

  Танзи тоже не такая, как все. В свои юные года девочка интересуется исключительно математикой, отчего не дружит со сверстниками и чувствует себя одинокой. На спецшколу с математическим уклоном денег нет, поэтому Танзи предстоит продолжить обучение в обычной средней с учениками, которые таких, как она, называют ботанами или зубрилами. Таким образом девочка не только глубоко одинока, но и глубоко несчастна.

  
  Он шлепал по дому, линял и вонял. Пускал слюни и выл во сне, загребая воздух огромными лапами, словно плавал.

  Норман - сторожевой пес семьи, ленивый, неподвиженый, лохматый пофигист. Сторожевым это слюнявое недоразумение назвать вообще-то трудновато в силу абсолютной безобидности, но семья разумно надеется на тот факт, что об этом же никто не знает! Посему нехай валяется.

  
  Эд переводил взгляд с одного на другого. Атмосфера была странно напряженной. Его желудок, словно перегруженный лифт, медленно поехал к ногам.

  Эд находится по другую сторону сюжета, в той плоскости, которую при обычных обстоятельствах никогда не пересек бы мирок Джесс. У него было все: большой частный дом, квартира в столице, уютный счет в банке; большая любящая, близкий друг, который все равно что брат, и обожаемая работа. Все это он по неосторожности поставил под удар ради мимолетной интрижки с необремененной интеллектом девицей. Жизнь рассыпалась, как пирамида. В одночасье. Дом без пяти минут конфискован, родные разочарованы, друг обижен, а работа считай что потеряна. Самому же грозит тюремное заключение, кажущееся неизбежным. Эти пятеро встречаются при абсолютно случайных обстоятельствах в самые мрачные свои времена. Когда и до друзей то дела нет, что уж говорить о незнакомцах. Но судьба упорно сталкивает их снова и снова, постепенно превращая неприятное знакомство в великую милость для всех, а тягостную сначала поездку - в увлекательное путешествие. Оно положит начало свету в конце тоннеля. И, возможно, станет истоком долгой и счастливой жизни. Я в это по крайней мере верю.

  12

  42