Рецензия на книгу
Faserland
Кристиан Крахт
ARSLIBERA6 марта 2024 г.Восемь шагов в точку небытия.
Сюжет+Общие впечатления+Язык: 7+8+7=7,3
"Для меня средневековье всегда ассоциировалось исключительно с Западной Европой. Всех этих зверств на Востоке просто не было. Я хочу сказать, что когда я мысленно рисую в своем воображении кроваво-красный горизонт и черные контуры огромных пыточных колес на фоне неба, и к этим колесам привязаны люди, над которыми кружат вороны, то подобные сцены всегда имеют место где-нибудь около Люттиха, или Аахена, или Гента. Такого средневековья никогда не было, к примеру, в Варшаве или в Вене. Как и такого светлого неба не бывает на Востоке". (Кристиан Крахт "Faserland").
Блиц-аннотация:
Роман-размышление вызывающий изжогу, который наполнен всевозможными культурными отсылками и символами.
Пришло время мне вновь вернуться к Крахту, которого я не особо возлюбил в свое время и поэтому отложил его произведения в список к прочтению на будущее.
Роман о путешествии молодого обеспеченного европейского рафинированного интеллектуала-сноба, где ему встречаются типичные представители разных слоев общества, а итогом становится точка небытия - моральная или физическая гибель самого героя. Несмотря на открытый финал книги, который предлагает читателю самому выбрать, что ждет героя в конце, не остается за скобками отчужденность и ограниченность персонажа романа, из-за чего он оказывается заложником собственных фантазий, которые помогают ему спуститься в душевный ад.
Сложно не согласиться с переводчиком книги Татьяной Баскаковой о том, что в романе Faserland Крахта с легкостью можно усмотреть переложение "Ада" Данте. Тут герой также спускается все глубже и глубже в пучину безнадежности - путешествуя с самой северной точки Германии и оканчивая свой путь посередине Боденского озера - своеобразным Коцитом в романе, куда его перевозит безмолвный лодочник.
Однако глав в книге восемь, а не девять, как кругов ада и вполне вероятно, что мы наблюдаем героя, который попал в ловушку ленты Мёбиуса. А происходящее с ним, напоминает скорее галлюцинации под воздействием запрещенных веществ, или тяжелый кошмар, пробуждение из которого не сулит ничего хорошего.
Отдельного размышления стоит и название самого романа: то ли пародии на английское Fatherland, то ли дословное "страна волокон". В любом случае, это еще один из уровней этого многогранного произведения, где потянув за одну нитку, ты не распутаешь узел, но можешь отрубить себе руку.
Книга наполнена всевозможными символами и отсылками, лишний раз напоминая о преемственности европейских культур и навевая размышления про умирающую Европу, что вполне в духе Крахта. И несмотря на размеренное повествование по итогу вызывает жжение сетчатки собственных глаз и смутное беспокойство, прежде чем перевернешь последнюю страницу романа.
18410