Семья
Нина Федорова
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Нина Федорова
0
(0)

Дивная, дивная книга!
Читать всем, немедленно, обязательно. Лекарство для души, услада для сердца. Я плохого не посоветую, ну правда, эта книга, мне кажется, настолько прекрасна, что даже не знаю, кому она может не понравиться. Если вам не понравится, расскажите мне, почему. Я в ней не вижу ни одного изъяна.
Насколько я понимаю, это роман, написанный давным-давно русской эмигранткой. Не биографический, но наверняка с массой деталей из жизни. О русской семье, точнее, обломках некогда большой семьи, оказавшейся после революции в Китае – без денег, без имущества, в весьма стесненных обстоятельствах, но обладающих большим сокровищем – своим характером, умением выживать и все невзгоды встречать достойно. Бабушка, мать, дочь, два племянника, и все такие настоящие, и у каждого свои радости и горести. И написано все так просто, правдиво, с долей грусти и долей иронии, и порой до невозможного смешно, а порой до невозможного грустно… Все, как в жизни…
Язык у книги прекрасный.
Вот про Бабушку. Бабушка там потрясающая.
«В наружности Бабушки не было ничего особенного. Она походила на букетик богородской травки: такая же сухонькая, ароматная, хрупкая».
А вот про Лиду, внучку, которая влюбилена и в разлуке с любимым ждет писем и гадает по книгам.
«Когда становилось вдруг очень грустно, она бежала в столовую и открывала книгу наугад, и первые слова, попавшие ей на глаза, должны были означать, о чем думает Джим в данный момент. Для этого употребления она избрала два тома — Пушкина и Лермонтова, от них легче было добиться толку, чем, например, от «Истории цивилизации» или «Единообразия религиозного опыта». С бьющимся сердцем она раскрывала книгу, и Пушкин умел мигом успокоить ее:
Я помню чудное мгновенье,
Передо мной явилась ты…
И Лида понимала, о чем шла речь. Это было у пруда, Я выходила из воды…
…Как мимолетное виденье!
— Милый! — говорила Лида не то Джиму, не то Пушкину и целовала стихотворение.
Но Лермонтов иногда не скрывал пессимизма:
Он далеко. Он не узнает.
Не оценит тоски твоей…
— Что такое? — вскрикивала Лида. — Нет, я перейду на одного Пушкина.
И Лермонтов вернулся в библиотеку».
А еще там есть Собака. И англичанка. И гадалка. И доктор. И профессор. Да много кого есть. И вся книга – словно иллюстрация, что жизнь простой не бывает, но все равно жизнь стоит того, чтобы жить.
Комментарии 2
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.