Рецензия на книгу

• 

  tak_prosto0

  6 февраля 2024

  Цена деревянного стула

  Новеллы Томаса Манна произвели на меня большое впечатление психологизмом и мастерством написания, но я опасалась брать крупные произведения, ожидая увидеть то же содержание, как у новеллы, только растянутое на целый роман. Отчасти так и случилось.
  На протяжении одной большой смерти – смерти рода - вкраплены более незначительные, человеческие; так смотрели на своё место в мире почти все Будденброкки, возводя себя на трон, на деле состоявший из «тяжелого деревянного стула» за общим столом, и не более того.
  Сколько душ будет положено на несуществующий алтарь под названием «престиж семьи или долг перед родом»? Этот вопрос перестал меня интересовать на 150 странице: что автор может ещё сказать, когда самые важные для книги слова были уже произнесены (уже на 60 из 670 стр.)?

  
  Возможно, Иоганн Будденброк вспоминал о том, как сорок шесть лет назад впервые сидел у постели умирающей жены; возможно, сравнивал дикое отчаяние, владевшее им тогда, и тихую тоску, с которой он, сам уже старик, вглядывался теперь в изменившееся, ничего не выражающее, до ужаса безразличное лицо старой женщины, которая никогда не заставила его испытать ни большого счастья, ни большого страдания, но долгие годы умно и спокойно жила бок о бок с ним и теперь медленно угасала. Он ни о чем, собственно, не думал и только, неодобрительно покачивая головой, всматривался в пройденный путь, в жизнь, ставшую вдруг какой-то далекой и чуждой, в эту бессмысленно шумную суету, в круговороте которой он некогда стоял и которая теперь неприметно от него отступала, но, как-то назойливо для его уже отвыкшего слуха, продолжала шуметь вдали. Время от времени он вполголоса бормотал: - Странно! Очень странно!

  Болезненная иллюзия, развеять которую не может даже смерть. Ни жена старого главы, ни он сам так и не записали главных строк в злополучный дневник. Одна запись, одно осознание, подобно посетившему первого из семьи Будденброков, могла спасти жизнь следующим ее членам!
  Первая запись, которой неотступно следовали все главы этого богатого дома, звучала так:
  «С охотой приступай к земным делам своим, но берись лишь за такие, что ночью не потревожат твоего покоя»
  Вторая же могла бы обрести своё содержание и форму, как Новый Завет по отношению ко Старому:
  «Но всякое честное дело твоей семьи и рода лишается чести, если порабощает её членов»
  Но будет ли мне, что добавить к написанному, если я всё же дочитаю книгу?..

  6 понравилось

  0

  535