Chances Are...
Richard Russo
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Richard Russo
0
(0)

Это история о взрослении, о ностальгии по студенческой юности, о страхе подступающей старости и о подведении итогов. И это - мужская история. Не потому, что три ключевые фигуры (три друга, встретившиеся спустя 40 лет) - мужчины, а по духу, по мироощущению, по своей, мужской, эмоциональности и сентиментальности. Как многие (если почти не все) мужские истории последнего десятилетия, это - своего рода покаяние за всё, что натворили белые мужчины (впрочем, тут, ведь, тоже своего рода расизм - всё та же исключительность, но другого окраса, теперь в мрачных тонах).
Не только чувство вины одного из персонажей из-за предательства идеалов дружбы (как потом выясняется, он был не одинок в этом предательстве), но и великая вина всей мужской братии перед женщинами. Вина в насилии (от домашнего насилия до сексуальных домогательств), в педофилии (о ней автор говорит намёком, не столь лобово, как, например, в скандинавской прозе, но стоит обращать внимание на детали, подсказки, которые автор виртуозно вставляет в текст то как оговорку, то как полу-намёк), в эмоциональной жестокости.
Но, как мне показалось, эта история ещё и о разрушающей природе лжи, и о коварстве недомолвок, подчас опасных, не менее, чем ложь. Но и правда, открывшаяся после стольких лет, не приносит героям того облегчения, которого можно было бы ожидать.
Жаль, что в этом романе нет той иронии, которая так очаровывала в "Непосредственном человеке", она помогла бы избежать пафоса.
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Richard Russo
0
(0)

Это история о взрослении, о ностальгии по студенческой юности, о страхе подступающей старости и о подведении итогов. И это - мужская история. Не потому, что три ключевые фигуры (три друга, встретившиеся спустя 40 лет) - мужчины, а по духу, по мироощущению, по своей, мужской, эмоциональности и сентиментальности. Как многие (если почти не все) мужские истории последнего десятилетия, это - своего рода покаяние за всё, что натворили белые мужчины (впрочем, тут, ведь, тоже своего рода расизм - всё та же исключительность, но другого окраса, теперь в мрачных тонах).
Не только чувство вины одного из персонажей из-за предательства идеалов дружбы (как потом выясняется, он был не одинок в этом предательстве), но и великая вина всей мужской братии перед женщинами. Вина в насилии (от домашнего насилия до сексуальных домогательств), в педофилии (о ней автор говорит намёком, не столь лобово, как, например, в скандинавской прозе, но стоит обращать внимание на детали, подсказки, которые автор виртуозно вставляет в текст то как оговорку, то как полу-намёк), в эмоциональной жестокости.
Но, как мне показалось, эта история ещё и о разрушающей природе лжи, и о коварстве недомолвок, подчас опасных, не менее, чем ложь. Но и правда, открывшаяся после стольких лет, не приносит героям того облегчения, которого можно было бы ожидать.
Жаль, что в этом романе нет той иронии, которая так очаровывала в "Непосредственном человеке", она помогла бы избежать пафоса.
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.