Отзывы о книге Наблюдатель
snoomrick4 февраля 2024Смерть — не повод отказываться от чего-то нового
Intro
Добро пожаловать многим читающим обратно на малую родину.
Туда, где «девяностые здесь не заканчивались — так, притаились»....
Туда, где серость не только на душе, но и на улице, где кризис не только в головах, но и наяву. Туда, где почерневшие хрущевки, брежневки и горбачёвки либо доживают свой век либо сияют пустыми глазницами, потому что все ушли из этих домов 25-30 лет назад...
Туда, где с работой вообще напряги. И варианта два – либо уезжать насовсем или на время в столицу или заграницу либо честными или нечестными путями найти себе работу и вцепившись зубами в рабочее место, держаться, подогревая свою душу и разум сорока градусами...
Туда, где жизнь течет от кредита к кредиту, а если месячный уровень дохода на 100-150 долларов больше чем у большинства работающих, то человек просто «состоятельный» в сравнении с остальными....
Примерно это я ожидал, когда еще в начале 2023 во время очередного путешествия по букмейту я наткнулся на новинку от Артема Сошникова – сериал «Наблюдатель». Тогда он был в аудио. Позже появился в тексте.
В общем, успел за год с небольшим сериал прослушать аудио 3 раза и прочесть 1 раз. По завершению все время оставался в приятном расположении. Только все руки не доходили написать отзыв.О чем произведение
Антон, выходец из вымышленного города Коммунар-на-Волге (прообразом является Ульяновк), живет в Санкт-Петербурге. На работе дела идут успешно. Главный герой много путешествует. Имеет культурные вкусы. В общем, любит жизнь и особо не любит вспоминать откуда он родом.
На работе холдинг, в котором работает главный герой, поглощает ed-tech стартап (специальный сайт, где учат через интернет грубо говоря). Задача Антона – вывести продукт стартапа в очень прибыльный. Для этого сначала нужно исправить мелкие ошибки, закрыть технический долг и сделать небольшие усовершенствования. После нужно продавать продукт. Боссы холдинга решают, что продукт нужно продавать государству. Школам. Антон начинает общаться с потенциальными клиентами. Первое и очень перспективное оппортюнити (возможность сделки) находится на малой родине Антона. Сторона заказчика онлайн общается неохотно. Нужно ехать и разрешать все вопросы на месте.
По приезду выясняется, что конкурент подкупил клиента – местный минобр. Но во время встречи дается окно возможностей и жесткие сроки, чтобы успеть сделать необходимый функционал и возможно выиграть конкурс.
В самый последний момент, когда Антон уже вот-вот уедет к команде, чтобы допиливать продукт, он неожиданно исчезает. Точнее его похищают и переводят в интересное физиологическое состояние. Он становится наблюдателем.
Похищение давно разработано. И поэтому, чтобы ничего странного и мистического не случилось в глазах соседей, родных и коллег Антона, делается клон главного героя и имитируется смерть. Клона хоронят.Но почему наблюдатель? Кто такой? Что он делает?
Наблюдатели – члены группировки, которая занимается устранением или похищением людей. Но отличия в том, что наблюдатель это не совсем живой человек. Он способен говорить, мыслить. Но у него нет особо физиологических нужд и он не чувствует боли.
Антон чуть не упал в обморок от вида ножа, вонзенного ему под ребра. Сергей без особых сантиментов выдернул нож, взял аптечку и наскоро заштопал рану медицинской нитью. Ни обильного кровотечения, ни болевого шока Антон не испытал, Сергею при этом досталось не меньше — полено содрало ему с виска шмат кожи. Сергей попытался прилепить кожу обратно, но в итоге заклеил рану большим пластырем телесного цвета.
— Ты знаешь, свежачок, что со временем у наблюдателей кожа становится тонкой, высыхает, ткани отмирают? Ты вот отделал меня поленом, а Валентиныч теперь отправит меня к бальзаматору. Перед каждым выездом придется накладывать грим, чтобы я на живого был похож.Наблюдатель занимает иерархическую ступеньку в группировке. У него есть свои функциональные обязанности.
У наблюдателей, как у и живых, существуют обязанности. У вас их всего две. Первая — беспрекословно выполнять задания. Ни в коем случае не отступайте от заявленного плана! Если вам сказали «найти и доставить», находите и доставляете. Надо ударить по голове и бросить под мост — бьете и бросаете.
Вторая обязанность вытекает из первой. Ни в коем случае не взаимодействуйте с миром живых!Наблюдатель может читать книги, смотреть фильмы, слушать музыку, читать ленты и посты в соцсетях. К сожалению, он не может выражать своего мнения.
Наблюдатель не может покидать место своего нахождения. Он постоянно находится в фокусе куратора.
За отступление от правил его «растворяют». Нет, наблюдателя не бросают в чан с кислотой. Примерно делают вот так:
Валентиныч растворил Марину за непослушание.
По обе стороны тропинки к земле прижимались туи.
— Зачем бить Марину топором, если она и так уже мертва?
— Ну а что с ней сделаешь? Можно закопать, но один раз она уже вылезла. Сейчас такие мертвецы попадаются — гробы ломают, жить хотят. Поэтому Валентиныч распорядился вернуться к истокам и сжигать тела. Ну или расчленять, если удобнее.
«Откуда расчлененка? — с отчаянием подумал Антон. — Я же ни одного хоррора в жизни не посмотрел!»
— Володя расчленил ее в ванне?
— Нет, зачем! Оглушил просто. Потом отвез в деревню, там у нас в сарае пилорама. Вжик-вжик — и в печку. Вручную только живые пилят. Кровь, возня, помещение потом отмывать… Непрофессионально.Все бы ничего. Жизнь у наблюдателя в целом беззаботна за исключением мелочей.
О сумасшествии Антон больше не думал. За прошедшую неделю он так и не проголодался — если наблюдатели что и ели, то исключительно ради маскировки. Вода, секс, расстройства кишечника больше не волновали Антона, однако проблем не убавилось, у полумертвых нашлись свои заботы: пересыхала слизистая, хуже заживали раны, постоянно хотелось валяться в кровати, дремать и ничего не делатьВыполняй задания. Ходи на ретроспективы, как на работе в реальной жизни. Но незавершенный проект в реальной жизни (прошу прощения за тавтологию) Антона не отпускает. Он делает несколько попыток вернуться в жизнь живого человека. В итоге его нет, не растворяют. Он оказывается в травматологии.
Рефлексия и философия
В начале произведения Артем показывает глянцевую жизнь постсоветского мегаполиса и ее обитателей. Это да, бренды премиум класса, бары в центре города, модные люди, общий фон заметок “The Village” (редакция уехала из РФ после 24.02.22).
Далее, Артем Питер сравнивает с типичной постсоветской провинцией.
Этож Среднее Поволжье, девяностые здесь не заканчивались — так, притаились. Здесь по-прежнему ловят неугодных, сажают в автомобили и везут на берег реки Сенберки, на ту самую поляну, где в Антоновой юности дрались стенка на стенку и ширялись героином. Вытащат сейчас из тачки и будут елозить лицом по коре деревьев до тех пор, пока рожа не превратится в месиво. Вот тебе и «рынок», вот тебе и «конкуренция».
На остановке «Дворец культуры» образцово-показательная часть города заканчивалась. За проспектом Ленина растянулся реальный Коммунар-на-Волге: серый, озлобленный — нет, злой. От проезжей части остановку отделяло бетонное ограждение, выкрашенное зеленой краской. В салоне подошедшего трамвая ехало три человека, Антон спокойно мог сесть на одиночное кресло, но сидеть ему не хотелось. Чехословацкая развалюха переваливалась по рельсам с боку на бок, скрипела и бурчала на поворотах, однако было в ее ходе нечто винтажное. Антон смотрел на серость за окном, на загибающийся завод, железнодорожный мост с шашлычкой под ним, автозаправку недалеко от остановки и, конечно же, ночной клуб «XXX» с гоночной машиной на логотипе и полами, выложенными плиткой. Уборщицы обычно довольны — с плитки легче отмывать кровь.После, в процессе хода романа герой Евгений Валентинович (куратор Антона) рассказывает, что когда человек умирает, это констатация всего лишь физической смерти. На самом деле человек уже умер задолго до этого момента.
Валентиныч схватил Антона за плечо и повел к воротам.
— Физическая смерть для многих — лишь констатация факта. Посмотри на бабушку, которую вы вчера привезли. Она пятнадцать лет — пятнадцать, Антон! — не выбиралась за пределы своего района. Она годами ходила в магазин за продуктами, на почту за пенсией и в аптеку за лекарствами по одним и тем же дорогам, а вечерами доживала под бормотание телевизора. Будь у нас побольше ресурсов, я бы отправил тебя посмотреть на обычных мертвых, которых мы не оставляем для заданий. Знаешь, что чаще всего видишь в квартирах стариков?
— Нищету.
— Нет, ты не прав. Настенные часы. И у большинства они не идут. Стрелки давным-давно стоят на месте! Дело даже не в том, что у стариков нет денег на батарейки или их некому заменить. Просто их время остановилось, они живут прошлым. Или воспоминаниями о нем.
— Но Артур не старик!
— Он заготовка для старика. С этой любовницей, Сашей, они расстались, потому что не договорились о формате семьи. Артур считал женщину исключительно хозяйкой очага и матерью будущих детей. Почему же Артур так считал? Потому что «его так воспитали», ему так сказали. Потому что так «жили» до него. Вот и все аргументы.
Валентиныч остановился у ворот и поймал блуждающий взгляд Антона.
— А еще ты жалеешь их, потому что и собственную смерть ты всегда считал трагедией. Ты ставишь себя на место Артура, на место бабушки, на место каждого из них.
— Что же плохого в эмпатии, Валентиныч?
— Это не эмпатия. Ты жалеешь не их, а себя на их месте.Не обманывайся, относись к умирающим равнодушно. В разные эпохи человечество воспринимало смерть по-разному. Теперь вот смерть приравняли к трагедии, ленты соцсетей завалены ежедневными некрологами: «Ушла эпоха, как же мы будем жить без него дальше?!» Будто раньше смерти не существовало. Ты лишь продукт эпохи. Представления изменчивы, а смерть всегда одна и та же.Между мертвым и живым существуют границы.
Твоя граница между жизнью и смертью пролегает в традиционной для обывателя плоскости. Ты считаешь, что смерть возникает после жизни, но это не так. Мертвое участвует в нашей жизни, является ее частью. Не все то живо, что кажется живым.
Мертвое всегда подражает живому. Присмотрись — огромное количество людей соткано из подражаний. По улицам ходят люди в одинаковой одежде, заказывают себе одни и те же фотосессии. В нижнем белье, допустим, или с хаски у камина. Они копируют эмоции из фильмов и сериалов, множат шаблоны на похоронах, свадьбах и днях рождения. И не задумываются об этом.То есть, я могу от себя добавить, что когда человек вышел на плато жизни, он уже умер. Он будет спокойно идти до своей физической кончины следующие 20-30 лет, не высовываясь и не напрягаясь.
Но каждому свое, как говорится. Да и любой все равно будет забыт после смерти.
Рано или поздно забудут Петра Первого, Толстого, кто там еще у нас… А если потомки про тебя забыли, то ты, получается, и не жил? На Земле побывало сто с лишним миллиардов человек. Сто, представляешь? Каждый из нас лишь пылинкаВпечатление и послевкусие
История о событии в провинции получилась отличная.
Рефлексируя и пережевывая сюжет много-много раз, можно усмотреть не только полукриминальную историю, но и очередная попытка смысла жизни. Если все идет по накатанной изо дня в день, все сливается в единообразную массу, то человек, можно сказать уже умер.
Так что это может быть и очередная мотивационная книга, которые я снова читаю и пытаюсь вдохнуть силы в мой полувыгоревший разум.
Книга заканчивается на интересном моменте. Таком, что как будто читателю нужно быть готовым к продолжению.
To be continued…PS
В бэкграунде произведения идет работа над интернет-платформой, которая будет помогать учить аудиторию различным навыкам. Поэтому автор проводит экскурсию в мир разработки:
- Процесс разработки – спринты
- Текущие задачи – тикеты в жире,
- Будущие задачи – бэклог,
- Немного о работе девопса – кубернетис (платформа, где работает весь функционал). При наличии навыков (не рокет саенс, но нужно усидчивость и время для приобретения) очень удобно сложной кубернетис-средой состоящей из сотен или тысячи сервисов. Ямл – конфигурационный файл кубернетиса, описывающий настройки сервиса в специальной структуре (разметке)
- Немного о работе разработчиков,
- Немного о продакт-менеджере
И профессий, которые крутятся вокруг разработки, помогающие бизнесу продавать решения (платформы, приложения). Конкретно в романе упомянута профессия копирайтера.PPS
Аудиоверсию начитал Александр Скиданов. Я незнаком с миром аудиокниг на русском языке. Но этот человек был просто богом!
У него отлично получилось подражать голосам людей разных возрастов, эмоциям, отлично прочел поволжский говор чиновницы из регионального минобора. Впрочем, киноманам и фанатам видеоигр этот голос знаком.
33 понравилось545
Комментарии 9
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Роман Артёма Сошникова «Наблюдатель» больше похож не на художественное высказывание, а на демонстрацию того, как выглядит литературная графомания в чистом виде. Читатель, конечно, ждёт интриги, психологической глубины, философских открытий — но вместо этого получает бесконечное переливание из пустого в порожнее. Автор словно боится поставить точку и каждый абзац педантично раздувает до размеров мыльного пузыря, который тут же лопается.
Язык романа напоминает стилистический парад: каждое слово будто выходит на сцену с криком «смотрите, я — метафора!», «а я — сравнение!». Но за всей этой показной риторикой — пустота. Красивые слова становятся тяжелыми гирями, которые не дают тексту подняться хотя бы до уровня увлекательного чтения.
Герои произведения — персонажи только по паспорту, а в действительности они манекены, чья единственная функция — таскать на себе размышления автора и повторять прописные истины. В какой-то момент читатель начинает подозревать, что «наблюдатель» здесь вовсе не герой, а сам Сошников, который наблюдает исключительно за собственным писательским самолюбием.
В итоге роман превращается не в литературное событие, а в затянутое доказательство одного факта: желание писать у автора несоизмеримо сильнее, чем его способность сказать что-то новое или значимое. И вот именно так рождается графомания — текст ради текста, буквы ради букв и пустота, щедро замаскированная под «философскую прозу».
Занятно... да, в моем провинциальном городе, раньше было меньше благ... разных кафе и пр, где можно было хорошо отдохнуть... и с работай, тяжко, после развала Совка... да, но... как нечто серое и унылое - нет... просто, было так, стало иначе... сейчас вот новый виток... когда можно впасть в уныние, но я выбираю, выныривать))))