Рецензия на книгу

• 

  blackeyed7 августа 2014 г.

  Ивлин Во и Эдгар Аллан По в литературном клубе.
  

  • Во, нет ли Ли?
  • Ли?
  • Ли, Во.
  • А, Ли.
  • Ли, Ли.
  • Ли нет, По.

  
  Входит Харпер

  • Ба! Ли! Ну и Ли!
  • Ого! Во! По!
  • Ты ли, Ли?!
  • Вы ли, По, Во?!
  • Мы. Ли?
  • А?
  • Ну... Мож того?
  • Не, не, не! Мне ни-ни!

    Пока мастера слова решают, как провести вечер, поговорим о книге «Пригоршня праха».

    Этот роман обладает редкой способностью - одновременно рассмешить и напугать. Я не раз от души хохотал, однако, концовку читал в глубоких размышлениях, с комом в горле. До поры до времени герои веселятся, наслаждаются жизнью, со скуки устраивают романы, пока эти шалости не оборачиваются трагедией, и их беззаботное житие не расползается по швам.

    Поворотный момент это отнюдь не смерть. Хотя Во слишком уж нарочито акцентирует: «...нельзя никого винить...», что заставляет думать об обратном, ведь будь родители вместе, будь они по-прежнему близки, они бы, глядишь, уберегли сына. И все-таки, механизм был запущен уже тогда, когда Бренда решила изменить мужу. То, что она считала невинной игрой на потребу публике, обернулось невосполнимой утратой своей семьи. Казалось бы, смерть Джо Эндрю должна была отрезвить Бренду, но это лишь стало для неё подспорьем в её похождениях, и возвращению под заботливое крыло Тони она предпочла манящий блеск Лондона. Именно она - катализатор всех грядущих несчастий. Её гадкую натуру идеально характеризует оброненное «слава Богу...» в сцене с Джоком.

    В какой-то момент казалось, что натуры положительные в романе отсутствуют вовсе. Бивер, словно представитель «потерянного поколения» (не случайно в тексте упоминается «Прощай, оружие!») не находящий себе места в обществе, всеми отвергаемый ленивый маменькин сынок, на эту роль, разумеется, не годился. Ну а Тони отталкивал своей покорностью и лопоухостью.

    И тут меня осенило. При внимательном рассмотрении то, что в Тони виделось как бесхребетность и бесчувственность, оказалось нескончаемой преданностью и любовью к Бренде. Удивительно, как я сразу не разглядел в Тони этих качеств. Его пассивное, сухое поведение, его одержимость имением делало его маленьким, мелочным человеком, а на поверку он центральный персонаж произведения с говорящей фамилией Last - «последний». Последний благородный человек. Последний верный муж, слепо верящий любимой. Он откладывает дела, чтобы сходить с Брендой в кино, дарит ей цветы без повода, во всем с ней соглашается (а та вьет из него веревки). Верит в экономику. Не реагирует на подставную любовницу. Смиряется с уходом Бренды, несмотря на отсутствие повода к разрыву. Соглашается инсценировать измену, согласно которой изменщик - он, а не жена. Готов платить хорошие алименты. Но всякому ангельскому терпению приходит конец, когда посягают на нечто особо близкое. Священный ореол Бренды наконец то растаял, когда она пошла на угрозы отнять у Тони имение Хеттон. Пелена спала с его глаз. Его трагический конец подтверждает, что он мученик, на 100% виновный в своей наивности и в такой же степени невиноватый в участи, его постигшей. Символично, что последнее слово в романе - «Тони».

    Вдогонку к замечательной книге посмотрите не менее замечательную экранизацию. Я смотрю ей вслед, ничего в ней нет, но она мне очень понравилась, - в ней прекрасно показана печальная сторона истории.

    Ивлин Во постепенно входит в сонм моих любимых писателей.

    Во? Во! (показывает поднятый большой палец)

  /li>

  46

  470