Рецензия на книгу

• 

  strannik1027 июля 2014 г.

  - А ну, подходи-налетай, овощи-фрукты покупай! — гортанно кричал смуглый горбоносый продавец на импровизированном рынке. - Ты почему мимо проходишь, а? Смотри какой спелый персик, совсем как девичья грудь, такой же упругий и сладкий. Или вот, смотри, виноград, самый спелый, самый лучший — бери, дорогой, не пожалеешь! Не хочешь виноград? Тогда бери гранат — зёрна совсем сочные, сок так и течёт, — и в самом деле, разрезанный ножом гранат буквально истекал тёмным с проблесками одноимённого драгоценного камня соком, оставляя на подложенном под плод блюдце рдяные лужицы и яркие цветные следы-разводья.
  - Погоди, дорогой, не уходи! Если гранат не хочешь покупать — что, совсем миротворец, наверное? (торговец мелко засмеялся своей простоватой шутке) — тогда купи цитрусовых: хочешь, апельсины бери, хочешь, мандарины. — и купчина широко повёл смуглой ладонью над ящиками с оранжевыми всех оттенков плодами. - А что, не купить ли и правда мандаринов, — подумал я, и решительно принялся накладывать пупырчатые, слегка сплюснутые заветные сферы в полиэтиленовый пакет...

  Их оказалось ровно 12 штук, немного отличающихся по размеру и форме, неровно окрашенных в солнечные цвета, издающих благоуханный аромат юга фруктин...

  Эта книга набирала свои плюсовые баллы постепенно и неспешно, словно теннисистка в трудном матче с равной соперницей. Первые сеты были самые трудные и неуверенные — книга поддавалась с трудом и порой брала реванш, выкладывая длинные мудрёные фразы и предложения с максимально политизированным содержанием. Организм скрипел всеми сочлениями и тыкал указующим перстом в клавиши управления, а глаза терпеливо и настойчиво продолжали перемещаться по строчкам романа мелкими перебежками, порой совершая длительные марш-броски с полной выкладкой. Тогда книга окапывалась и занимала глухую круговую оборону, которую приходилось кропотливо взламывать и сокрушать. Так, во взаимной борьбе, незаметно подошёл час победы — закончилась очередная глава, страничка перелистнулась с виртуальным шелестом, и на следующей появилось вдруг слово "Приложения", означающее выброшенный белый капитулянтский флаг...

  Два рассказчика, несколько смысловых слоёв, переплетение личной жизни героев книги (Анри Перрон, Поль, Робер Дюбрей, Анна, Надин, Самазель, Венсан, Ламбер, Сезенак, Скрясин, Льюис, Жозетта... — забавно, но основных персонажей получилось ровно 12, столько же, сколько и глав у романа) с общественно-политической, творческих сторон с профессиональным журналистско-газетным, психолого-психиатрического с любовно-лирическим и порой даже интимным — занятная получается у нас корзинка из этого переплетения, в аккурат для наших 12 купленных мандаринов.

  Книга не то, чтобы сильно интересная, но скорее нужная, необходимая, полезная. А интересность плавала волнами: иногда едва ли не скрип раздавался во время чтения, а порой страницы летели с лёгкими щелчками клавиши "next page" в припляску. И потому, если во время чтения довольно часто возникало ощущение неприятно-неприязненное, то по окончанию книги и по мере её осмысления происходит некоторое последействие, книга как бы «догоняет» и поддаёт тебе в зад рьяно и ретиво. И выглядит всё более значимой и величественной. А если учесть, что всё это было написано и опубликовано в середине 50-х, когда многие моменты были не просто актуальны, но попросту «горячи» и свежи, то понимаешь, почему роман получил свою эдмоножюлевскую Гонкуровскую премию.

  …Купленные на рынке мандарины оказались единственными цитрусовыми, усвоенными моим читательским организмом за время четырёхсуточного чтения. Потому что в книге слово "мандарины" встречается разве что на обложке. Ну, да бог с ними, с этими экзистенциалистскими штучками, кому надо, тот и дыню сюда присовокупит...

  ПРИЛОЖЕНИЕ (содержит спойлеры):

  Структурная методичка для рецензии
  

  • Внутренние процессы в интеллигентской среде. Раскол общества на несколько частей. Умеренные левые, социалисты. Сторонники умеренных реформ левого социалистического направления. Крайние левые — коммунисты. Идеализируют Советский Союз и призывают провести в обществе решительные скачкообразные перемены. Сторонники де Голя. Правящая коалиция буржуазного толка.

  
  1 а. Эйфория от победы и ожидания значительных социально-экономических и политических, по сути социалистических изменений. Разочарование от того, что ожидания немедленных и решительных перемен оказались несостоятельными, а надежды рухнувшими.

  2. Взаимоотношения между США и Европой. Стремление США стать единственной ведущей доминирующей державой, задвинув все прочие на вторые, третью и прочие роли. Осознание частью интеллигенции этого как факт и раскол в обществе в связи с размежеванием на сторонников США и их противников.
  2 а. Применение США атомного оружия в Хиросиме и Нагасаки и осознание левоориентированной частью интеллигенции того, что теперь у них (у США и у правящих бюрократов) появилась возможность диктовать человечеству свою волю под этой угрозой.

  3. Проблема коллаборационистов. Личный террор в отношении вернувшихся предателей и осуждение остальных, менее значимых. Венсан со своей «бандой» и нравственная проблема, принимать ли от него деньги для газеты... Соучастие Анри в казни Сезенака — проблема выбора: помогать ли ему во время ломки? помогать ли Венсану прятать тело?

  4. Советский Союз и проблема исправительно-трудовых лагерей. Разочарование умеренных левых и метания и колебания вокруг этого факта. Разделение на две точки зрения. Умолчание по этому вопросу будет неправильным потому, что тогда положение дел в СССР не изменится вообще никогда. Однако опубликование документов о ГУЛАГе будет лить воду на мельницу противников социалистических преобразований и реформ, т. е. пойдёт на пользу буржуазии. И всё же нельзя быть чуть-чуть беременным. Выбор Анри Перрона. Выбор Робера Дюбрея.

  5. Личная дружба и взаимоотношения между героями романа на фоне их общественно-политических взглядов и деятельности. Разные отношения наших героев к сугубо внешней информации (ГУЛАГ и ИТЛ, подневольный труд заключённых в СССР как часть политики не просто государства, но как сам принцип существования социализма в СССР) приводят их личные взаимоотношения к разрыву. Истинные чувства Анри и Робера по отношению друг к другу. Чем можно поступиться в этих случаях, а чем нельзя (разрушить дружбу, но оставить неизменными свои принципы и убеждения?). Возможность примирения и соединение старых друзей в одну семью.

  6. Женское в романе. Анна и её личная жизнь. Надин. Жозетта. Поль. Актуальность темы о положении современной женщины в обществе в 40-50-е годы. Разные подходы героинь книги к решению этой проблемы. Поведение Надин как крайняя форма протеста и самоопределения. «Укрощение» Надин только с браком и рождением ребёнка. Поль — служение своему мужчине до полного отказа от самоё себя. Неспособность жить свободной и предоставить свободу мужчине; болезнь Поль и её выздоровление. Жозетта, её роман с офицером германской оккупационной армии, личный коллаборационизм Жозетты или предательство? Границы между личным и общественным, интимным и гражданским. Анна и её роман с Скрясиным. Поиски себя самой (несмотря на психиатрический и психоаналитический опыт Анны). Роман Анны с Льюисом.
  6 а. Взаимоотношения между свободным мужчиной и свободной женщиной. Анна и Льюис. Готовность Анны вступить на путь любви и поиски подходящей кандидатуры во время поездки в США. Практически случайный выбор Анной Льюиса. Кто кого использует — Льюис Анну, или, наоборот, Анна Льюиса? Возвышение Анной степени своих взаимоотношений с Льюисом и взаимных чувств в идеальную, отсюда обман в ожиданиях (почти такая же ошибка, какую совершила Поль) и закономерный крах. Жить реальностью, а не ожиданиями или ложными представлениями как единственный верный вариант.

  7. Внутренний мир человека с его взглядами и убеждениями, мыслями и чувствами, интересами и пристрастиями — и мир внешний, состоящий из семьи и друзей, чужих и врагов, работы и событий. Их взаимоотношения и взаимозависимость. Чувства и эмоции как реакция на внешние события. Внешние события как результат осознанного и случайного поведения и деятельности людей. Проблема выбора в критические моменты и ситуации.

  44

  500