Рецензия на книгу

• 

  pustoshit23 июня 2014 г.

  Читал переписку Артюра Кравана с Миной Лой, ставшей впоследствии его женой. Любовная переписка имеет одну особенность, бросающуюся в глаза всем, кроме ее участников. А именно: большая часть времени уходит на настойчивые просьбы продолжения.

  Поэт-боксер Артюр Краван предстает раненным, истекающим сантиментами влюбленным. Гилейский сборник имеет подзаголовок «Я мечтал быть таким большим, чтобы из меня одного можно было образовать республику». Автозаметка Кравана в контексте переписки с будущей супругой выглядит особенно анекдотично.

  Получилось так, что вместо республики Краван превратился в огромное сердце, истекающее любовным гноем. Поэт-боксер, вошедший в историю благодаря нападкам на именитых современников, демонстрирующий цинизм и бесстрашие человека, которому ничего терять, угодил в нелепейшую ситуацию.

  Спасаясь от армейского призыва он вынужден был покинуть США и пережидать Первую мировую войну в Мексике. Однако перед побегом успел влюбиться в поэтессу Мину Лой, которую на протяжении всей переписки (30 писем) умоляет приехать к нему.

  Краван скрупулезно описывает ухудшение своего здоровья, удручающее эмоциональное состояние, внезапные приступы слезливости и предполагаемое помешательство из-за разлуки с предметом страсти. Основной упор он делает на выпрашивание новых писем и приезда Мины Лой.

  Душераздирающие подробности распада слезливого боксера должны навести читателя на резонный вопрос: что же мешало бедолаге Кравану самому приехать к Мине Лой, а не ждать ее в Мексике, умирая от ужаса приближающегося сумасшествия.

  Поэт-боксер неоднократно констатирует, что больше смерти боится потери рассудка. Бесхитростной логической цепочкой можно прийти к выводу, что больше сумасшествия Артюр Краван боится угодить в армию. Он не возвращается к Мине Лой из-за военного призыва. В армии поэта ждет смерть и утрата свободы.

  Но смерти он боится меньше потери рассудка. Значит, маршировка пугает страстного влюбленного больше помешательства. Между свободой и рассудком Краван выбирает первое и немедленно превращается в сочащийся гноем цветок, нервно подрагивающий лепестками.

  Так иллюзия свободы превращает человека в черт знает что. Артюр Краван разменивает все свои титулы на влажную любовь по переписке, расточительную на мольбы эпистолярную графоманию.

  9

  630