Рецензия на книгу

• 

  WarmCat

  31 мая 2014

  Война войной, а шнапс есть шнапс

  В сущности, мы мало что знаем о национал-социализме, особенно немецком, и о его роли во Второй мировой войне. Многие знают, что это плохо, но мало кто специально изучает этот вопрос. По национал-социализму написано достаточно трудов, но в них он описывается как идеология, без подробных иллюстраций.

  И вот Джонатан Литтелл подарил нам «Благоволительниц». Это объемный труд о «прикладном» национал-социализме. Точнее, о том, что может случиться с человеком, когда он оказывается в определённом месте в определённое время. Например, в Германии тридцатых годов.

  Литтелл поразительно информирован. Его герой, Максимилиан Ауэ, офицер гестапо, вымышлен, но места, в которых он действует, реальны. Так же, как и люди, которые его окружают, существовали в действительности. Как действительны и события, которые разворачиваются на страницах «Благоволительниц» в точности в те же моменты, в которые они происходили в реальности.

  Приход партии нацистов к власти, развязывание Второй мировой войны, нападение на Советский Союз, оккупация, «окончательное решение» еврейского вопроса – тотальный геноцид нескольких миллионов мирных жителей оккупированных земель, лагеря смерти и газовые камеры, осада Сталинграда и отступление немецких войск, бомбёжки Берлина – всё это было в действительности и описано так, словно автор сам лично был очевидцем этих событий.

  Точны даже подсчёты жертв. 26,6 миллионов убитых – это 13 смертей каждую минуту на протяжении всей войны. Это население нескольких крупных городов или целой небольшой страны. Ужасающий факт, потрясающий воображение.

  Это не мемуары настоящего нациста. Нацист не станет обличать себя. Он постарается забыть все ужасы, которые видел и в которых участвовал. Таких откровений у него попросту не получится.

  Но Макс Ауэ не таков. Без всяких увиливаний он рассказывает свою историю. Вступление в партию, работа в СС, служба на Украине в составе расстрельной команды, Сталинград, инспекции концлагерей, десятки тысяч казнённых и замученных, внутрипартийные интриги, борьба за власть, банкеты в разрушенном Берлине, наступление русских, безумие немцев, терпящих поражение. И всё это на фоне собственных проблем со здоровьем, психикой, личной жизнью и семьёй, внутренними переживаниям и впечатлениями.

  Да, настоящий нацист не сможет такого написать. Доктор Ауэ – инструмент в руках писателя, экран телевизора, который показывает нам весь внутренний мир «тысячелетней империи» со стороны, обнажает нелепое безумие нацизма.
  

  
  Я всегда был убежден […] что национал-социализм — не что иное, как общее радение об истинной вере и правде […] я тоже хотел заложить свой кирпичик в коллективное здание, я тоже хотел ощутить себя частицей всеобщего. Увы, в нашем национал-социалистическом государстве, и особенно вне кругов СД, мало кто разделял мои мысли…

  Тем не менее, Максимилиан Ауэ – верный солдат Третьего рейха. Он свято верит в правоту фюрера и всей нацистской идеологии. Его преступные деяния – не его личная прихоть, а деяния целого государства, в которых он – лишь один из многочисленной армии исполнителей, причём они осуществляются на основе искренних убеждений.

  Он не восторге от своих действий. Но он убеждает себя, что они действительно необходимы, что зондеркоманды работают на благо безопасности немецкого народа – тысячами истребляют жителей захваченных земель. Он прекрасно осознаёт свои действия и не снимает с себя личной ответственности за содеянное, и понимает, что в случае поражения его ждёт неминуемая кара.
  

  
  Я не собираюсь ссылаться на положение о Befehlsnotstand — крайней необходимости подчиняться приказу, высоко оцениваемое нашими почтенными немецкими адвокатами. Я все делал осознанно, в твердой уверенности, что это мой долг, выполнять его необходимо, как бы неприятно и горестно это ни было.

  При этом он так и не смог вписаться в нацистскую систему. Лишенный способности интриговать и «держать нос по ветру», как это умел его лучший друг Томас, Ауэ плывёт по течению жизни, выполнят приказы и обычно является сторонним наблюдателем. Не разбираясь во внутренней политике и хитросплетениях «дворцовых» интриг, Макс замечает и описывает всё, что видит: несогласованность действий различных служб рейха, ссоры и противостояния отдельных должностных лиц, каждый из которых «тянет одеяло на себя» в надежде на личную выгоду, коррупцию и безответственность, царившие на землях, занятых немецкими войсками.

  Доктор Ауэ умён и хорошо образован. Он прекрасно понимает, что все действия, в которых он участвует, всё то, что творит его страна – преступление. Поначалу он находит себе оправдание, говорит, что лишь смотрит, но затем личное участие в расстрелах меняет его мнение.

  Он убеждённый национал-социалист, но он понимает, что все эти лагеря смерти, газовые камеры, расстрелы сотен тысяч людей – это всё чересчур. Слишком жестоко. Слишком много бессмысленных смертей.
  Он знает, что расплата неизбежна. Все пособники нацизма это знают – офицеры вермахта и СС, партийное руководство, начальники концлагерей, министры и вожди – все они варятся в одном котле и вместе с терпящей поражение Германией катятся во мрак безумия.

  В Сталинграде, в полуразрушенном доме немецкий офицер играет на пианино, а в соседней комнате сидят в креслах двое мёртвых русских солдат – никто не потрудился их убрать. Этим и другими подобными сценами Литтелл наглядно показывает помешательство, которое охватывает людей, долго находящихся на войне.

  Сдержанно Литтелл рассказывает и фактах о нашей стране – зверства НКВД на Украине, еврейские погромы в украинских городах, отряды русских и украинских добровольных помощников СС, которым поручается самая грязная работа. Всё это, имевшее место в действительности, нацисты используют для сравнения двух режимов – своего и советского, и для оправдания собственных дел. В какой-то момент немцы начинают уважать русских как сильных противников, восхищаться ими. В Сталинграде у доктора Ауэ даже случается идеологический спор с советским комиссаром.

  В романе действует и взаимодействует с героем множество реальных исторических лиц – Отто Олендорф, Йозеф Геббельс, Карл Эйхман, Генрих Гиммлер, Рудольф Хёсс, Генрих Мюллер, Мартин Борман и другие. Находится место даже огромному носу Адольфа Гитлера.

  Оттеняют повествование личные мысли и переживание героя. Тяжелое детство и пропажа отца, ненависть к матери, любовь к собственной сестре и греховная связь с ней, массовые казни, свидетелем которых он становится – всё это накладывает отпечаток на сознание Макса. Иногда у него случаются галлюцинации, а в Сталинграде из-за помутнения рассудка он даже получает ранение в голову, что отнюдь не способствует его умственному прояснению. После этого он скатывается в депрессию и алкоголизм.

  «Благоволительницы» содержат в себе множество отсылок к музыке, литературе, религии, истории. Главный герой очень любит классическую музыку и дискутирует о личных предпочтения, читает Чехова, посещает место дуэли Лермонтова на Кавказе, занимается вопросом происхождения кавказских иудеев. Некоторые эпизоды романа позаимствованы из других произведений, например, описание банды немецких детей, которые «играют в боевой отряд» на территории, занятой советскими войсками и жестоко расправляются со всеми встречными. Само название романа обозначает Эвменид, злобных богинь мщения Эриний из древнегреческой мифологии.

  Ещё книга полна «низменных» и «плотских» подробностей. Грязный секс, процессы дефекации, расчленённые трупы, подробности смертей – всё это описано так ясно, что может надолго отбить аппетит.

  «Благоволительницы» - эксперимент. Литтелл сам говорил, что Макс – его возможная «ипостась», если бы он родился в Германии в начале двадцатого века.

  Мы не выбираем время и место нашего рождения. Конечно, нельзя утверждать, что такая история может случиться с каждым. Но кто из нас может поручиться, что на месте Ауэ он бы действовал по-другому? Притом, что действиями Макса руководило искреннее желание помочь своей стране и своему народу, занять своё место в борьбе за общее благо.
  

  
  Мы с готовностью противопоставляем государство, неважно, тоталитарное или нет, обычному человеку, ничтожеству или пройдохе. Забывая, что государство в основном и состоит из людей заурядных, у каждого из них своя жизнь, своя история, и цепь случайностей приводит к тому, что одни держат винтовку или пишут бумаги, а другие — в соответствии с написанной бумагой — оказываются под дулом этой винтовки.

  Что ж, эксперимент удался. «Благоволительницы» - роман яркий, отлично проработанный, навсегда меняющий восприятие жизни.

  6 понравилось

  0

  85