Рецензия на книгу

• 

  djekson-20141 сентября 2023 г.

  Чем дальше в Лес...

  Честно скажу, я не хотела писать этот отзыв. Потому что, хоть многое в книге мне действительно понравилось, хвалебным он не выйдет. Но потом зашла сюда, посмотрела уже имеющиеся и решила всё же вставить свои 5 коп.

  Итак, сначала о плюсах.
  Нельзя не отметить хороший уровень владения словом, здесь автор точно на пару голов выше большинства коллег по цеху, работающих в жанре фэнтези.
  Богатый словарный запас, образность описаний, яркие метафоры, сложные, грамотно выстроенные предложения — после иных бестселлеров текст Дарины просто услада для глаз читательских.
  Отдельным большим плюсом произведения стал его чётко считываемых культурный код. И трепетная любовь к малой родине, буквально пропитывающая каждую страницу. Послесловие меня и вовсе растрогало, именно из-за него сначала не хотелось оставлять свой отзыв.
  Это была ложка мёда.
  Теперь бочка дёгтя.

  Лично для меня, основной минус книги — это её сюжетообразующая идея. Да, я фольклорно-культурологический задрот и нет для меня бога, кроме Проппа. Последнее шутка, если что).

  И если смешение удмуртской мифологии с восточнославянской я проглотила достаточно легко, то концепция, на которой построены образы главных героинь стала для меня той самой костью в горле.
  Чтобы объяснить эту мою позицию, придётся сделать небольшое отступление и попробовать разобраться с тем, кто же вообще они такие по мнению исследователей.

  Обыда — лесной дух удмудской мифологии. Традиционно имеет весьма впечатляющую внешность: вывернутые стопы, огромные обвисшие груди, которые она, подобно славянской полуденнице, закидывает за плечи и которыми легко может задушить человека — яркие признаки потусторонней природы персонажа. Нередко к этим милым чертам добавляется косматая шесть, которой обыда частенько цепляется за изгороди, отчего ей приходится просить помощи у человека, и если она её получает, то щедро вознаграждает помощника.
  Лингвисты едины во мнении, что слово "обыда" не является удмуртским, а появилось, скорее всего, благодаря контактам с народом мари.
  В некоторых (довольно поздних, к слову) сказках взаимодействие обыды и человека происходит по сюжету, схожему с восточнославянским мотивом яги-похитительницы детей. Вероятно, именно это частичное совпадение, несмотря на относительно малое количество известных сказок с ним, стало основой для современного переосмысления образа обыды в популярной культуре. Не обошлось тут без усилий энтузиастов-народников, часто не удосуживающихся, к сожалению, изучить труды фольклористов.
  
  Между тем, по всем имеющимся источникам, многие признаки, упоминаемые в фольклорных текстах, куда больше роднят обыду с лешим. В частности, повторяющиеся мотивы лесной свадьбы и волнения природы во время появления сверхъестественных существ. Также, образ обыды тесно связан с бортничеством и более поздним пчеловодством, что тоже указывает на её родство с лесным хозяином.
  
  А теперь моё любимое.
  Яга.
  Наиболее полно образ Бабы-яги исследовал советский фольклорист Владимир Яковлевич Пропп. Если вы не читали его замечательные "Исторические корни волшебной сказки", очень рекомендую. После, его исследования не раз подтверждались и дополнялись многочисленными последователями, так что, материалов по теме на сегодняшний день имеется достаточно.
  В общем и целом, наиболее доказательные из них сходятся в том, что сказочный образ Бабы-яги связан:
  

  • С функцией жрицы или, что вероятнее, переодетого в женскую одежду жреца/шамана, проводивших обряды инициации.

  
  (Вспомните, как часто в сказках Баба-яга грозится съесть героя, но в итоге отпускает его, даруя некие волшебные предметы или сокровенные знания.)
  

  • С чуть менее древним поклонением племенному тотему, который почитался вместе с культом природы.

  
  (Действительно, черты духа-покровителя, как племенного — всеведение, необходимость помощь герою, направить его по верному пути, способность понимать и подчинять животных — так и родового, связанного с культом домашнего очага — печь, ступа, пест и помело, прядение и т.д. — у Бабы-яги явно прослеживаются.)
  

  • С персонажами потустороннего мира, мертвецами.

  
  На что указывает, в первую очередь, некоторые черты её внешнего облика — костяная нога, железные зубы, длинные седые волосы, способность чуять запах живого человека, вероятная слепота, расположение в избе — так и атрибутика — избушка, в которой явно угадывается гроб-домовина, полёты по воздуху, колдовство.
  В этой трактовке образ Бабы-яги также частично связан с инициационными традициями, при переходе героя в потусторонний мир (Тридевятое царство). Она становится проводником, позволяющим герою проникнуть в мир мёртвых благодаря совершению над ним определённых (похоронных по сути) ритуалов.
  
  Наиболее верным представляется постепенный сплав этих трёх ипостасей яги в один образ, отразившийся, в итоге, в народной культуре.
  
  Современные версии о могущественной охранительнице природы, молодой, плодовитой и прекрасной жрице матушке Ягине (Йогине), которую очернили впоследствии злопыхатели, превратив в демоническую старуху, серьёзной доказательной базы не имеют и у адекватных учёных вызывают реакции самые разные, от улыбок до закатывания глаз. Однако именно эти представления, благодаря их широкому распространению в соцсетях, на платформах типа Яндекс Дзена и Ярмарки мастеров, а также, неумению или нежеланию многих людей работать с более серьёзными источниками, всё глубже проникают в массовое сознание и культуру.

  А теперь возвращаемся к "Околице".
  С самого начала мне не очень понравилось смешение образов Яги и Обыды, но, оказалось, чем дальше в Лес, тем толще нюлэсмурты. В конце концов, Обыда в тексте становится обыкновенным именем, а яга — должностью, причём наследуемой. На ягу можно выучиться, чем гг и занимается, правда, периоды горячего энтузиазма сменяются у неё приступами бунта, сопровождающимися частичной потерей логики. Не буду спойлерить, думаю, и так понятно, что меня в сюжете триггернуло)

  Мне нравится, что авторы всё чаще обращаются к родной культуре и фольклору. Но очень расстраивает, что большинство из них не слишком привередливы в выборе источников информации. Не могу отделаться от мысли, насколько лучше могли бы стать такие тексты, если бы при их написании использовались работы реальных исследователей, а не статьи с Дзена.

  Спасибо, обошлось без Яви, Прави и Нави. Серьёзно. Оригинальная идея мира, разделённого на Лес и Хтонь выглядит, хоть и основывалась, похоже, как раз на них, родимых, куда как интереснее. Впрочем, об устройстве мира читатель всё равно многое так и не узнаёт. У меня, например, осталось множество вопросов.
  Кто такие царевны и откуда они взялись? Какова, в конце концов, была цель антагониста Керемета? Почему один из самых интересных и противоречивых образов удмуртской мифологии и обрядности назван в сноске просто творцом зла? Откуда в славяно-удмурдском сеттинге взялись западноевропейские русалки с чешуёй? Что такое Пламя, откуда оно берётся и почему так отличается у представителей разных миров? И ещё, в какое время происходит действие, хотя бы примерно?

  С этим вообще ничего не понятно.
  С одной стороны, поселения под покровительством воршудов указывают на довольно седую древность и патрилинейные родовые связи, туда же отсылают упоминания черт и рез, которые здесь почему-то вышивают вместо орнаментальных узоров, слюдяные окошки избы, сарафаны, кафтаны (традиционная уже для славянского фэнтези бедность гардероба, к сожалению , коснулась и этого произведения), косы, мониста и прочие признаки старины. С другой — тикающие в избе ходики, упоминания больших изб и дорог, на которые гг можно иногда только издали взглянуть, книги, традиция украсить праздничный пирог свечами (вместо них гг приспособит камышинки, но мотивация чётко проговаривается) и зеркало, правда, из неуточнённого материала, явно отсылают, если не к современности, то к временам ей относительно близким.
  Не хватило подробностей и о том самом яблоке раздора, вокруг которого неспешный, тягучий, как дремота сюжет набрал, под конец обороты.

  Кстати, сама идея противостояния ученика и учителя мне показалась интересной, хоть и несколько недокрученной.

  Сначала Обыда утверждает, что слетевшую (совершенно в духе Дейнерис Таргариен) с катушек Ярину Лес в качестве яги не примет, но уже на следующей странице происходит ровно обратное и та спокойно открывает заветную дверь.

  Финал оставил чувство незавершённости. Впрочем, эпилог намекает на продолжение и возможно, оно расставит точки над i.

  Содержит спойлерыОткрыть

  8

  524