Отзывы о книге Прощание с Матёрой

Прощание с Матёрой

Валентин Распутин

4,2

(2,3K)

• 

  Vary_

  1 сентября 2023

  В друзья

  Книга не про старое и новое, не про прогресс и традиции. Она про человеческую жизнь. Слишком короткую и часто от нас не зависящую

  Мне нравятся произведения Распутина, потому что они затрагивают душу. Мне нравится удивительный слог автора, где чудесно передана речь людей с разным уровнем образования. Мне нравятся проблемы, которые ставит автор в своих произведениях. Однако, я не рекомендую читать его романы в сложные периоды жизни, они вряд ли добавят позитива. Итак, о Матёре. Не буду пересказывать сюжет. Он ясен. Должны затопить остров ради строительства ГЭС Старикам тяжело покидать место, где прожили всю жизнь. Автор описывает последние дни деревни. Описывает с такой любовью и щемящей тоской, что этим нельзя не проникнуться. Я не ждала большого количества событий в романе, но временами ловила себя на мысли (особенно в главах о хозяине острова, других главах с описаниями), что мне скучно. Собственно, из-за этого хотелось снизить оценку, но я не смогла этого сделать из-за диалогов. Они прекрасны! Они жизненны! Это разговоры моей покойной бабушки, это мои мысли о жизни и смерти (почему-то, чем старше становишься. тем чаще такие мысли появляются). Думаю, я не смогла бы прочувствовать всю боль Дарьи, Настасьи, Егора, Катерины, если бы читала произведение в школе. Для понимания этой книги уже должно быть представление о том, что такое терять самое важно, осознание того, что жизнь слишком короткая (мысли Дарьи об узелках (Андрее и Павле)), уважение к старости и желанию человека не менять свою жизнь в самом ее конце, осознание, что смерть всегда ближе к жизни, чем это кажется на первый взгляд. Один из моих любимых разговоров - это разговор о детях. Он вроде бы простой, но такой психологически глубокий. И ведь, действительно, бывает так, что при одном воспитании дети совершенно разные. А почему? Никто не знает.

  У Дарьи, у той в голове не укладывалось, как можно было без времени сжечь свою избу, она снова и снова принималась костерить Петруху, требуя ответа: как, как на такое рука поднялась? Катерина, затаившись, отмалчивалась, виновато убирая глаза, будто срамили ее, и, когда Дарья подступала вплотную и надо было что-то отвечать, торопливо отговаривалась:

  • Беспутный, дак че...

  И не было в этих коротких словах ни злости, ни обиды на сына, оставившего ее без крова и хлеба,- один охранный, всепрощающий смысл: мол, такой он у меня уродился, что с него взять?!

  • Вот, вот,- распаляясь, тыкала в нее пальцем Дарья.- Всюю жисть ты

  так. Всюю жисть поблажки давала, исповадила донельзя. Так тебе тепери и надо. Так и надо, так тебе и надо. Он живую избу спалил, он и тебя живьем в землю зароет. Не в землю,- с досадой спохватилась она,- в воду он тебя, в воду, чтоб не хоронить. А ты же сама будешь просить, чтоб он тебе камень поболе привязал на шею... чтоб не всплыть тебе.

  • А он может,- вздыхала Катерина.- Беспутный, дак че...

  Катерина умолкала.

  • А как такие люди получаются? - пыталась она понять - не в первый раз

  пыталась понять и знала уже, что не поймет, и все-таки спрашивала, надеясь на недолгое облегчение и прощение себе, когда и вместе с Дарьей не сумеют они ни в чем разобраться.- Он с малолетства беспутный. Ты говоришь: я исповадила. А че я исповадила? Никакой сильно повады не было. Я с им и добром, и по-всякому - дак ежли он уродился такой. Он маленький был, ниче не хотел понимать. Глаза заворотит - и хошь говори ты ему, хошь кол на голове теши. Много ты с ребятами возилась?

  • Когда мне с имя было возиться? С темна до темна в беготне.
  • А все люди. Ни один не свихнулся. Мне его баловать тоже... не до

  баловства было. В запустенье, правда что, не ходил. Старалася. Я погляжу на Клавкиных ребятишек... лучше самдели с мачехой жить. Родная она мать, да не своим деткам. Ни уходу, ни привету - на подзатыльниках да на кусках, бедные. А какие славные ребятишки, ласковые, послушные... С чего, с каких дрожжей, ежели она только и знает, что собачиться? Она, че ли, воспитала?

  • Н-ну,- хмыкнула Дарья, полностью отказывая в этом Клавке.

  Речь шла о Клавке Стригуновой.

  • Дак че тогды? Одного кажин день лупцуют - человек выходит. Другого

  никакая лупцовка не берет - был разбойник и вырос разбойник. Одного нежат - на пользу, другого - на вред. Это как? В ком че есть, то и будет? И хошь руки ты об его обломай, хошь испечалься об ем - он свое возьмет. Никакой правью не поправить. Так, че ли? Ты говоришь: я не спрашиваю с его. Царица небесная! Я надсадилась спрашивать. А тепери самдели отступилась, вижу, что без толку. Теперь какой есть, такой и есть. Вся злость вышла... жалость одна, что он такой. Дак не на плаху же, самдели? Пущай как хочет. Ему жить.

  • Дак ты тоже не из могилы это говоришь. Тебе тоже доживать как-то
  • А-а, че будет,- отмахнулась Катерина.- Мы уж тепери так и так не

  своим ходом живем. Тащит. Куды затащит, там и ладно.

  • Что тащит... правда, что тащит,- согласилась Дарья.
  • Потом оне же, Клавкины ребяты, вырастут,- подчищая разговор,

  вернулась Катерина,- и будут ее на руках носить, что она для их доброго слова не знала. Говорят: какой привет - такой ответ... а-а,- несогласным стоном протянула она,- ниче не сходится. Кому как на роду написано. Мало, че ли: другая мать дюжину их подымет и живет на старости с имя хуже, чем у чужих. Чужие-то постесняются галиться. А свои, как право им такое дадено, до того лютуют... злого ворога больше жалеют.

  Здесь ведь все. И желание матери до последнего оправдать своего, пусть и непутевого ребенка, и несправедливость, и непонимание. Далее Дарья размышляет о том, что на месте Катерины она точно так же пыталась оправдать сына в глазах других, потому что это и оправдание себя. И вина его, всегда и вина матери.

  И еще немного цитат:

  Мечтают в девичестве, приготовляясь к жизни, ничего о ней еще толком не зная, а как почал тебя мужик да обзавелась семьей - остается только надеяться. Но и надежды с каждым годом все меньше, и она тает, как снег, пока не истает совсем, впитавшись в землю,- и вот уже перед тобой не надежда, а парком дымящиеся из-под земли воспоминания.

  Давно ли, кажется, такое было? Вчера. Она сказала Андрею в тот разговор, когда он пристал с расспросами, что человек живет на свете всего ничего. И верно, не успеешь оглянуться - жизнь прошла. Только на три дня и можно рассчитывать: вчера, сегодня, ну и, может, немножко завтра.

  то должен чувствовать человек, ради которого жили многие поколения? Ничего он не чувствует. Ничего не понимает. И ведет он себя так, будто с него с первого и началась жизнь и им она навсегда закончится. Вы, мертвые, скажите: узнали, нет вы всю правду там, за этой чертой? Для чего вы были? Здесь мы боимся ее знать, да и некогда. Что это было - то, что зовут жизнью, кому это надо? Надо это для чего-то или нет? И наши дети, родившись от нас, устав потом и задумавшись, станут спрашивать, для чего их рожали.

  И таких примеров удивительно тонких психологических наблюдений в произведении очень много. Именно за них я и ставлю высокую оценку.

  Человек не может противиться времени. Пытаться может (это он и делает подчас всю жизнь), победить его - нет. И для меня роман именно об этом.

  14 понравилось

  0

  689

Комментарии 0

Ваш комментарий

Войти, чтобы оставить комментарий.

Комментариев пока нет,
ваш может стать первым