Даниэль Штайн, переводчик
Людмила Улицкая
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Людмила Улицкая
0
(0)

Увидев слово «переводчик», моментально схватила трясущимися лапами и уволокла к себе — из профессионального интереса. Аннотацию по дороге тоже просмотрела, заинтересовалась ещё больше — тема стойкости и сохранения внутренней любви, не замещаемой ненавистью, действительно ощущается важной.
Первые триста страниц миллион раз порывалась бросить, но тормозила себя, мол, вдруг там будет что-то эдакое, ради чего стоило читать? Но книга меня всё же измочалила. Ладно бы пространные религиозные пассажи, рассуждения, сравнения, у одних так, у других по-другому, неправы все, кто не мы, и так далее: всё же моё хроническое нежелание иметь близкое знакомство с любой из религий никак не проблема автора. Говорить о евреях, Израиле и Палестине тем более не ощущаю хотя бы какой-нибудь уверенности. Но всю книгу соглашалась с одним из героев, сказавшим ещё в самом начале:
Сама Улицкая в одном из своих писем заявляет: «...и книга эта не роман, а коллаж» — и я полностью с ней согласна, вот только коллаж не гармоничен. Такое построение обожаю: скачки хронологии, письма, кассеты, заметки, объявления — всё это очень интересно, за этим увлекает следить. Но автор утрамбовывает кучу странных эпизодов, кучу доносов (так ли уж велико отличие доносов между церковниками от доносов на соседей?), проповедей, и пёстрое полотно вызывает головокружение и желание засунуть голову в ледяную горную реку. В самом деле: а гомосексуальность сына одной из женщин играет столь важную роль? Позиция Улицкой очевидна, выглядит так, будто она решила осветить столь животрепещущую тему и непременно высказаться, пусть устами некоторых героев и, что примечательно, самого Даниэля. Спасибо, но зачем.
По идее, я не могу спорить с убеждением Даниэля, являющегося своеобразной красной нитью всего произведения и жизней всех героев (данный отрывок — рассуждения Хильды, помощницы Даниэля):
Однако стоило ли это 576 страниц? Улицкая пишет, что её выташнивало всем этим кошмаром, погромами, расстрелами и войнами, тонной прочитанной литературы, мыслями. Я её понимаю. Меня тоже мутило. И странно судить книгу, посвященную событиям, будто недостаточно уважительно относишься к памяти погибших и пострадавших. Но художественная литература есть художественная литература, и данное воплощение истории о любви и ненависти меня, конечно, впечатлило, но явно не так, как рассчитывалось.
Не особенно удачное знакомство с автором вышло, может, ещё свидимся. Лет через пятьдесят.