Рецензия на книгу

• 

  orlangurus

  13 июля 2023

  "La vie, voyez-vous, ça n’est jamais si bon ni si mauvais qu’on croit."

  Вот такое начало: вроде как и вместе с потоком - последняя фраза романа, она же его квинтэссенция ("Жизнь, что ни говорите, не так хороша, но и не так плоха, как о ней думают."), но не совсем - потому что сегодня у меня есть повод гордиться собой, роман я прослушала на французском, после очень длительного перерыва в употреблении французского на слух.

  Те, кто поругивают роман, видимо, забывают, что это первый опыт большого произведения для писателя, которому в момент выхода книги ( по частям в журнале "Жиль Блас") было 33 года: по меркам XIX века - дитя на писательском поприще. Не нов сюжет? Ну как сказать, опять же стоит посмотреть на дату выхода. Как ни крути, время написания при чтении классики - не последний показатель. Из Вики: "Выход романа сначала на страницах издания «Жиль Блас», а затем и отдельной книгой вызвал невиданный ажиотаж среди читателей. По утверждению Армана Лану, «целомудренные привокзальные киоскёры, подчинявшиеся законам морали, <…> отказались продавать книгу», однако в борьбе за успех победила «Жизнь»: в течение восьми месяцев книжный склад поставил в привокзальные киоски 25 000 экземпляров романа." Вооот... оказывается, книга не целомудренная... Куда уж понять это нам, кого и стопицот оттенков серого не могут шокировать?

  С точки зрения современного читателя, видевшего миллион несчастных семей, несостоявшейся любви и кучу вещей пострашнее, чем неправильное воспитание ребёнка, в сюжете нет ничего особенно, и он даже может показаться скучным. Юную девушку плохо готовили, вернее, вообще не готовили, к семейной жизни, выскочила она замуж по первому свистку, муж оказался не идеалом, крах - несчастливая старость... В целом - всё. Но! как это написано... волей-неволей приходят на ум тексты Чехова, где вся суть коротко-коротенечко изложена в вроде бы немногозначительной детали.

  Вот как тут: юная Жанна заканчивает своё пребывание-обучение в монастыре.

  
  Она сняла со стены листок картона, разграфленный на месяцы, с золотою цифрою текущего 1819 года в виньетке. Она вычеркнула карандашом четыре первых столбца, заштриховывая все имена святых вплоть до 2 мая – дня своего выхода из монастыря.

  А потом, после того, как она останется совсем одна, её охватит страсть к перебиранию подобных листков с целью восстановить последовательность простейших событий в своей прошедшей жизни: рыбалки с отцом, встречи с деревенским священником, первое слово сына и т.д. и т.д, со скрупулёзным отмечанием, в какой день и какое время это происходило... Как будто она ищет подтверждения тому, что её жизнь была, была, а не просто вспоминается невесть что...
  А как всё хорошо начиналось! Прекрасные отношения с родителями, тихое поместье, красивый сосед и внезапная любовь с обеих сторон, при этом никаких препятствий браку. Это будет сказка, а не жизнь, думается Жанне.

  
  Каждое сердце воображает, что оно впервые бьется под наплывом тех ощущений, которые заставляли уже биться сердца первых людей и заставят еще трепетать сердца последних мужчин и последних женщин.

  И всё это длилось не слишком долго. "Внезапная" беременность служанки Розали, напрочь отказавшейся назвать отца ребёнка, а потом и своими глазами увиденное заставило Жанну понять, что муж - не совсем тот человек, какого она себе нарисовала. Но, как говорит сельский кюре:

  
  Позвольте, барон, говоря между нами, виконт поступил, как поступают все. Много ли вы знаете верных мужей?

  Последующее перемирие, потом новая измена, далее трагическая ( или закономерная? - раз уж ты связался с женой крепкого, молодого, сильного и безумно влюблённого в супругу графа) гибель мужа - всё это приводит к полному зацикливанию Жанны на ребёнке. В итоге Поль, которого она зовёт Поле, а в его младенческом исполнении это звучало как Пуле (poulet - цыплёнок), да так и прилипло к нему навсегда, вырос совсем не хорошим сыном, боле того - не хорошим человеком... Но, может быть, даже не это у Мопассана показано, как самый большой удар в жизни Жанны, и это совершенно нетривиально: её любимая мама, как оказывается после её смерти, когда дочь разбирает старые бумаги, тоже не была верной... И про папу примерно так же стоит подумать... А ведь какой милый он человек - чудаковатый, добрый, последователь Жана Жака Руссо, влюбленный в природу и животных. Тут стоит показать, на фоне какой природы происходит действие - это Нормандия, край гораздо суровее какого-нибудь Парижа.

  
  Аркада Этрета, находящаяся неподалёку от поместья барона Ле Пертюи де Во.

  А сам барон говорит:

  
  – Средиземное море! Какое-то прованское масло, подслащенная водица, синеватая вода в лоханке. Посмотри на это море, до чего оно грозно, все покрытое пенистыми гребнями!

  Так, сродни окружающей природе, и в душе Жанны бушуют волны, которых она не предвидела в дни своей розово-безмятежной юности. Вероятно, именно поэтому события жизни причиняют ей столько страданий, от которых другая дама могла бы спастись молитвой или тихим принятием... Собственно, Жанна тоже пытается это делать, но тут загвоздка в новом священнике - аббате Тольбьяке (Tolbiac), эдаком фанатике, отрицающем человеческое, который сначала даже ей понравился:

  
  Но мало-помалу она привыкла к церкви и подчинилась влиянию этого хрупкого, честного и властного аббата. Он был мистик и нравился ей своей экзальтацией и горением. Он будил в ней струны религиозной поэзии, живущей в душе каждой женщины.

  Но в итоге утешение в религии не нашлось. Так что, получается - сиди и плачь, сорокалетняя старуха, нет у тебя ничего в будущем? А ведь надежда есть - полуосиротевшее дитя, дочь Поля, связавшегося с "падшей" жещиной, и Жанна вместе с давно прощённой Розали даже успевают организовать венчание, чтобы девочка не оказалась незаконнорождённой.

  А теперь та часть рецензии, которая предназначается моей bonne amie Оле Champiritas , без которой я ни за что не "дошла бы до жизни такой" ))).
  Про собаку по кличке Массакр - думаю, это образ-зеркало: животное - единственный щенок, выживший после расправы священника с матерью-собакой. Символично имя:

  
  Она назвала его Тото. Но барон самовластно изменил его имя и окрестил его Массакром.

  Имя говорящее: мassacre - резня, то есть барон, думаю, имел в виду именно то, что он выжил в бойне. Соответственно, Жанна пережила измену, мертворождённую дочь, смерть матери, более того - смерть репутации матери. Потом этот пёс, ужасно старый на момент появления младенца, сосуществует с Жанной и созвучен по своему самочувствию её состоянию:

  
  Que veux-tu, je suis comme «Massacre» aux derniers jours.

  Как-то так. Что касается простоты лексики - да, не очень сложная и практически не устаревшая, если не говорить про "нонешний" французский, который всё больше непохож на классический. Пробемы (на слух) у меня были только с одеянием баронессы, когда она выбиралась гулять, раз пять переслушивала, что за красное трико, которое мне было сложно представить на этой тучной женщине, и с разговором ростовщика из-за его сильного немецкого акцента.
  Слегка восстановила в памяти passé simple, которого да, немного, как ты и писала, однако есть, а у меня в голове вообще отсутствовало)).
  Romy Riaud мне понравилась, улыбчивая такая)).
  Так и не нашла толкового перевода слова balbutiеr.
  В целом прослушивание вылилось в параллельное прочтение книги на русском и французском(так что можно одну за три считать=D) для поиска неуслышанных слов и непонятых выражений, а потом ещё и для цитат.
  Короче, было здорово! )))

  75 понравилось

  18

  863