Рецензия на книгу

• 

  cadgoddo

  29 марта 2014

  Кинсли Эмис (1922-1995) - британский прозаик, в основном известный всему миру по своему дебютному роману Lucky Jim (1954) [есть в электронном виде: "Везунчик Джим", переводчик - Фокина Юлия; "Счастливчик Джим" - переводчики Тренева Н. К. и Тарковская Т. А.].

  Поначалу Кингсли Эмиса не воспринимали всерьез. Он выделялся из группы "рассерженных молодых людей" комичностью своих произведений, наподобие комичности у Вудхауза или классика Генри Филдинга. Позже он увлекся детективами, бондианой, даже научной фантастикой. Основная масса критиков стала считать его чуть ли не жанровым писателем, к тому же его стиль был прост, лишен джойсовских или фолкнеровских изысков. Эксперименты самого Эмиса, которые были видны невооруженным взглядом, не удостаивались внимания критики, поскольку те, как подсолнухи, запрограмированно поворачивались под лучами двух видов: либо модернистская бездушная техническая навороченность, либо высказанный напрямую социальный протест, щекочащий нервы. Символы и аллюзий не были коньком Эмиса, это правда. Социальный комментарий не выпячивался наружу. Возможно, принципы автора, касающиеся создания ХУДОЖЕСТВЕННОГО, а не публицистического произведения, препятствовали этому.

  Сравню с фигуристами, за выступлениями которых на Олимпиаде в Сочи сейчас пристально наблюдаю. Одна пара делает суперсложные элементы, тройные параллельные прыжки, четверные подкрутки на 3 метра в высоту, блин, да еще и три оборота на тодесе. Всё хорошо, но прыгнув в прыжок синхронно, выходили уже не совсем, на выбросе партнерша коснулась рукой льда (хорошо, хоть не грохнулась), на тодесе партнер слишком рано отпустил руку и чуть было не уронил красавицу на лед, что было заметно. Выходит другая пара, и очень чисто, на большой скорости, делает всего по два. Ни одной ошибки, впечатление от катание чисто эмоционально, по-болельщицки, очень приятное, в отличие от первой пары, кстати, занявшей более высокое место.

  Эмис пишет чисто. Его литературные и интеллектуальные предки жили до модернистов; Эмис близок к такому понятию XIX века, как man of letters, которое можно лишь приблизительно перевести как литератор, сочинитель, вспоминая времена Карамзина, Пушкина, Лермонтова и Гоголя. Эмис отвергает экстремальные, чересчур обращающие на себя внимание стилистические эксперименты, НА КОТОРЫЕ ЧИТАТЕЛЬ АКЦЕНТИРУЕТСЯ, ГОВОРЯ СЕБЕ - ВОТ, ТУТ АВТОР ЭКСПЕРИМЕНТИРОВАЛ. По моему скромному мнению, читатель не должен замечать, как выпендривался писатель. Даже такой супермодернистский и широкоизвестный писатель, как Вирджиния Вулф, в своих лучших произведениях оставляла впечатление некоей интеллектуальной (а, может, наоборот, анти-интеллектуальной) игры. Вирджинии Вулф может быть слишком много, а Эмиса - нет.

  В карьере Эмиса в 80-х наступил небольшой поворот. Чуть меньше сатиры, чуть больше любви, отношений между мужчиной и женщиной. К этому периоду и относится роман "Эта русская", который не снискал успеха у рядового англоязычного читателя. Хочу поддержать хорошего человека, пусть и посмертно, тем более, что в романе есть русская героиня.

  Сюжет... Ричард, профессор русской литературы, женат на Корделии. На горизонте появляется Анна Данилова, достаточно никудышная русская поэтесса. Корделия - настоящая гарпия, сексуально привлекательная, но злодейка, Круэлла, кажется так звали героиню Доди Смит из "101 далматинца".

  Ричард влюбляется в Анну, причем меня до глубины тронуло, как писатель обыгрывает неприязнь профессора к бесталантливости одновременно с яркой любовью мужчины к носительнице этого прискорбного качества. Этот внутренний конфликт лишает роман ожидаемой предсказуемости.

  Вас может смутить дидактическая (моралистическая) направленность повествования, но юмор с лихвой всё устаканит. Приятного чтения!

  7 понравилось

  2

  277