Рецензия на книгу

• 

  nevajnokto

  21 февраля 2014

  Это не воспоминания. Это - Откровение. Это театр одного Актера. Сцена, погруженная во тьму, и единственный яркий сноп, освещающий одинокую фигуру великого писателя.
  

  
  Я пишу эту книгу, чтобы вытряхнуть из головы некоторые мысли, которые что-то уж очень прочно в ней застряли и смущают мой покой.
  

  Моэм очень рано теряет родителей. Они жили в Париже, где его отец работал юрисконсультом английского посольства. После их смерти Моэма забирают из французской школы и отдают на учебу к английскому священнику при посольской церкви. Он начинает учиться родному языку.
  Потребность к писательству обнаружилась в нем очень рано.
  

  
  Писать было для меня с самого начала так же естественно, как для утки - плавать. Я до сих пор иногда удивляюсь, что я - писатель; к этому не было никаких причин, кроме непреодолимой склонности, а почему такая склонность во мне возникла - непонятно.

  Моэму нравилось наблюдать за людьми, будь то знакомые, малознакомые или совершенно чужие. Он видел в каждом человеке, попавшем в поле его зрения, "материал" для сюжета книги. Моэм считал, что обычные люди достойны большего внимания, чем знаменитости. Обычный человек не изображает кого-то, не маскируется, он проявляет себя таким, какой есть. Он интересен, неповторим, полон сюрпризов и неожиданностей, считал Моэм. Писать о знаменитостях, скажем, королях и богатых мира сего, не привлекало его. Для Моэма внутренний мир рядового человека являлся неисчерпаемой кладезью для прорисовок, ибо был реальным и разнообразным.
  

  
  Великий человек слишком часто бывает сделан из одного куска; маленький человек - это клубок противоречивых элементов. Он неистощим... Я лично куда охотнее провел бы месяц на необитаемом острове с ветеринаром, чем с премьер-министром.

  
  Моэм говорит о своей жизни только то, что считает нужным. Он называет книгу эгоцентричной, поскольку она трактует важные нюансы именно в том свете, в каком их воспринимает Моэм. Он не претендует на исповедь, предпочитая держать некоторые вещи в тайнике личной памяти. Он не желает обременять Читателя слишком интимными подробностями, в силу своей убежденности сохранять дистанцию, без которой сошло бы на нет взаимоуважение. Но во всем, о чем он решил говорить чувствуется искренность, честность и полная свобода мысли.
  Я нашла некоторые моменты, в котором мы полностью с ним совпадаем. У него было предвзятое отношение к писателям, Мысль которых была сложна для восприятия.
  

  
  Меня всегда раздражали писатели, которых можно понять только ценою больших усилий. Достаточно обратиться к великим философам, чтобы убедиться, что самые тонкие оттенки смысла можно выразить совершенно ясно...
  Но такая непонятность не только претенциозна, она еще и недальновидна. Ибо Время играет с ней странные шутки. Если в писаниях мало смысла, Время превращает их в совсем уже бессмысленный набор слов, которого никто не читает.

  Моэм говорит об одной особенности своей натуры, читая которую я невольно улыбнулась: "это же про меня)":
  

  
  У меня плохая память. Анекдоты я помню, только пока мне их рассказывают, а потом забываю, не успев пересказать другим. Я никогда не запоминал даже собственных шуток, почему и был лишен возможности повторять их.

  Вот главное, в чем я виню себя точно так же, как Моэм:
  

  
  Я слишком считался с чужим мнением. Я шел на жертвы ради недостойных целей, потому что у меня не хватало смелости причинить боль.

  Еще очень много моментов, читая которые хочется отчеканить в памяти, запомнить, записать. Моэм неподвластен Времени. Он актуален, он востребован. Его не только читаешь - его перечитываешь и каждый раз как в первый!
  Моэм - любовь всей моей жизни! После каждой прочитанной книги я говорю ему об этом. Вслух.

  Дальше...

  34 понравилось

  376