Логотип LiveLibbetaК основной версии

Рецензия на книгу

Вольтерьянцы и вольтерьянки

Василий Аксёнов

  • Аватар пользователя
    Prosto_Elena27 апреля 2023 г.

    Приглашение на старинный маскарад.

    Роман крайне необычен. Уникальный язык повествования стилизован под речь XVIII века. Основа сюжета - возможная встреча просветителя  Вольтера и императрицы всея Руси Екатерины Великой, но это только на поверхности. В романе затронута идея провала рационалистической этики Просвещения.

    Вот как говорит автор  о главной почитательнице Вольтера в России Екатерине:



    "Она ведь души не чаяла в Вольтере… Однакож и думала постоянно о разочарованиях просветительского века. <…> Утопия просвещенной монархии тонула в море жестокости. Исторические предчувствия терзали ее."

    А сам Вольтер восклицает:


    "Меня обвиняли, что я внушил людям порочную утопию о рае на земле, а люди истребили своих властителей и превратили свободу в смирительную рубашку. Но я никогда не призывал к насилию! Меня извратили жрецы революции! Пусть Господь меня простит за утверждение прав мыслящего меньшинства, за попытку борьбы против ортодоксии и нетерпимости!"


    Теперь к содержанию.
    Если кратко, то двое «шевалье» из Рязани, Мишель и Николя, охраняют Вольтера, который встречается с  неким бароном  Фон-Фигиным, посланцем Екатерины II, но больно много намёков на то, что это сама переодетая императрица.

    Вольтер и Фон-Фигин ведут  философско-теологические беседы, поэтому иногда сквозь их рассуждения приходиться продираться с большим трудом. Здесь много аллюзий, отсылок и исторических параллелей. Например, граф Афсиомский Ксенопонт Петропавлович, тайный деятель Российской империи, который и организовал эту вымышленную встречу, называет Александра Сумарокова  «Исаевичем». А юный гардемарин  Мишель, после ударов по голове  чем-нибудь тяжелым, видит «дьявольские» картины будущего, в котором все ездят в жестяных повозках без лошадей и бреются жужжалами. Интересна и аналогия XVIII века с нашими непростыми временами в плане  андрогинности. Тогда мужчины также не брезговали  высокими каблуками, муфтами, пудрой и завивкой своих длинных локонов, а дамы вполне могли переодеться мужчиной, в чём, например, Екатерина не раз была замечена.

    Главные рассуждения в книге сконцентрированы на соотнесении локальной истории России и мировой истории, в рамках дискурса проекта "модерн".

    Именно философы XVIII век,
    как отмечает Ю. Хабермас, с  их  "представлением о бесконечном прогрессе познания и о продвижении к лучшему с социальной и моральной точек зрения",  сформировали данный дискурс, который и породил идею западной европоцентристской цивилизации, а также идею стадиальности процесса истории, и как следствие,   представление о цивилизаторской миссии Европы.

    В невероятно ироничной форме Аксёнов занялся деконструкцией модели Просвещения в лице Вольтера, который представлен в образе ПЕРЕсоздателя мира, некого демиурга.






    «Вольтер торжествующе кукарекнул: «Солнце, вставай!» Первый лучик тут же порскнул из-за трубы напротив»

    Пародийное противоборство идей просвещения и хаотической природы времени показано через появление большого числа инфернальных образов, например, чёртиков Энфузьё, Ведьма Флефьё, Суффикс Встрк, Китаец Чва-Но, Лёфрукк, Мусульманин Эльфуэтл, Шут Гутталэн и ангелочка Алю. Карнавализация сюжета представлена в ярчайших красках. Кроме того, просвещенческая утопия сопряжена с постоянными  "вольтеровскими"  войнами, которые проходят по единой сюжетной схеме: нападение врагов - бегство последних - погоня - битва, в ходе которой герои оказываются на грани между жизнью и смертью - провал. И так повторяется несколько раз. Этакая закольцованность не есть свидетельство упорядоченности, скорее это некий Хаос. Весь хвалёный  рационализм насмарку.

    Поэтому столь символично исчезновение русского корабля "Не тронь меня!" от берегов острова Оттец, где расположен замок Вольтера  «Доттеринк-Моттеринк», в местечке с говорящим названием «Свиное мундо». Будто и не было посланца великой Императрицы. Будто и не было пространных бесед и досужих фантазий.

    Прочитала роман с огромным удовольствием. Есть над чем поразмыслить. Но дался не легко. Так до самого конца и не привыкла к стилю повествования. Не простое чтение.

    39
    382