Рецензия на книгу

• 

  White_Amaryllis

  26 апреля 2023

  Отчаянье домохозяек?

  Вы бы хотели жить в идеальном месте? Чисто вылизанные газоны, гармонично сочетающиеся дома, от которых веет благополучием и скукой. Все здесь чинно и правильно. О чем еще мечтать? Вот он, верх желаний и... заурядности.
  Шейкер-Хайтс кичится своей образцовостью. Здесь все знают, как жить, к чему стремиться. Все размеренно и спланировано на годы вперед. Но какое отношение это имеет к реальности? Разумеется, никакого.
  Автор использует не новый сюжет — скелеты в шкафах жителей респектабельных районов. И не то чтобы эти скелеты страшные. По большей части стандартные — давно похороненные мечты, усредненная невзрачная, но сытая жизнь, взрослеющие дети с их проделками, вечеринками и первыми влюбленностями и безмерная скука.
  Любые происшествия сразу разносятся по всему Шейкер-Хайтсу и долго и бурно обсуждаются. Но интересных событий тут немного — суд над тем, кто должен воспитывать младенца — приемные обеспеченные родители или еле сводящая концы с концами родная мать-одиночка, иммигрантка из Китая, да еще то, что Иззи спалила дом своих родителей.
  Глобально в книге две сюжетных линии, раскрывающие историю этих новостей. Борьба Линды Маккалоу и Биби Чжоу за Мэй Лин (она же Мирабелл) и знакомство семейства Ричардсон с Мией и Перл Уоррен.
  Если говорить про Линду и Биби, то мои симпатии были однозначно на стороне последней. Любопытно, что Селеста Инг будучи сама дочерью иммигрантов из Гонконга и во «Всё, чего я не сказала», и в «И повсюду тлеют пожары» выводит персонажей, переехавших жить в США из Китая. Когда во время суда говорилось, что ребенок, оставшись с приемными родителями, будет оторван от культуры своей родной страны, меня больше занимал другой момент — как Мэй Лин почувствует себя, когда подрастет и поймет, насколько она даже внешне не похожа на своих родителей. Но этот аргумент адвокаты не использовали. Зато меня очень цепануло в этой линии два момента. Первый — Линда переименовала Мэй Лин в Мирабелл. Показательно, не правда ли? А второй — размышление о восприятии американцами китайцев:
  
  
  

  
  Но если честно, — и мистер Ричардсон это понимал — сердитый азиат обманывал ожидания публики и потому внушал опасения. Азиаты могут быть диковатыми, бестолковыми и нелепыми, как Лонг Дак Донг, или разве что нестрашными фиглярами, Как Джеки Чан. Им не дозволено быть сердитыми, и красноречивыми, и могущественными. И, возможно, первыми, подумал мистер Ричардсон, ежась.

  Тонко и точно. Что там было про расизм? Миссис Ричардсон частенько говорит о том, что пора перестать смотреть на цвет кожи человека. А что по факту? Пара предложений — и тема раскрыта полностью. В этом эпизоде браво автору.
  Что касается столкновения миров Элеоноры Ричардсон и Мии Уоррен, то тут все по классике. Благочестивая Элеонора, добровольно запертая со всех сторон правилами, и свободная художница, талантливая и живущая по своей совести, а не по чужим законам. Элеонора меня раздражала всю книгу. Зажравшаяся и среднестатистическая во всем.
  В книге поднимаются вопросы взросления, отношения отцов и детей, выбора своей судьбы, суррогатного материнства, бездетности. Дает ли автор ответы? Где-то да, где-то нет.
  В целом, книга мне понравилась. Меньше, чем «Все, чего я не сказала», но понравилась. Пожалуй, здесь поднято слишком много тем, что, на мой взгляд, не дает раскрыть каждую достаточно глубоко. Но читать было интересно.

  47 понравилось

  0

  677